Тренды субсидиарки: тренды 2025–2026 в части субсидиарки без банкротства

Тренд 1: субсидиарка без банкротства — как работает механизм статьи 61.19?

Статья 61.19 Федерального закона о банкротстве позволяет кредитору подать заявление о субсидиарной ответственности контролирующего лица напрямую в арбитражный суд — без возбуждения дела о банкротстве, если должник уже исключён из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо. Трёхлетний срок исковой давности начинает течь с даты внесения записи об исключении (статья 61.14 того же закона). Механизм существовал с 2017 года, однако массовое применение пришлось именно на 2024–2025 годы.

Причина роста — экономическая логика. Полноценная банкротная процедура занимает 2–4 года и требует финансирования конкурсного производства. При исключённом должнике с нулевыми активами банкротство просто невыгодно. Внебанкротный иск подаётся напрямую к бывшему директору или участнику — дешевле, быстрее, без управляющего.

По данным ЕФРСБ, только в 2024 году налоговая служба инициировала более 3 500 внебанкротных исков к КДЛ компаний, исключённых из ЕГРЮЛ с непогашенной налоговой задолженностью. Средний размер требования — от 8 до 25 млн рублей. Неочевидный риск: директор может узнать о иске, когда срок на представление возражений уже истекает, — уведомление направляется по адресу регистрации, который давно не актуален.

На практике важно учитывать: суды применяют к внебанкротной субсидиарке те же презумпции, что и к банкротной. Если документация компании не сохранилась, презумпция вины КДЛ в соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 работает против ответчика — даже когда банкротного дела никогда не было.

Как Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 изменил правила субсидиарки?

Постановление Пленума ВС РФ №42 от 23.12.2025 внесло изменения в действующий Пленум №53: это не отдельный акт, а редакция основного документа по субсидиарной ответственности. Четыре ключевых изменения меняют баланс между кредиторами и КДЛ.

Business Judgment Rule в банкротных делах. Пленум №42 прямо закрепил: предпринимательский риск, санкционное давление, рыночные колебания сами по себе не образуют вины контролирующего лица. Суд обязан проверить, действовал ли руководитель добросовестно и разумно в условиях, существовавших на момент принятия решения. Это означает: обоснование «управленческой ошибки» теперь имеет процессуальный вес. Без доказательств именно недобросовестного поведения суд не вправе привлечь КДЛ к ответственности по одному лишь факту убытков.

Снижение размера — самостоятельный механизм. До Пленума №42 КДЛ могло либо полностью опровергнуть своё участие, либо нести ответственность в полном объёме. Теперь суд обязан рассмотреть ходатайство КДЛ о снижении размера, если ответчик доказывает, что конкретное нарушение стало причиной лишь части невозможности погашения требований. Разграничение — по причинно-следственной связи, а не по степени «виновности».

Коллегиальные органы — индивидуальная ответственность. Пленум №42 установил: членство в совете директоров само по себе не означает соучастия в причинении вреда. Член коллегиального органа, голосовавший «против» или отсутствовавший при принятии решения, вправе требовать исключения из состава ответчиков. Это прямо применимо к делам, где управляющий предъявляет требования ко всему составу совета директоров скопом.

Мораторные проценты включаются в размер ответственности. С 23.12.2025 при расчёте суммы субсидиарной ответственности учитываются мораторные проценты, начисленные в ходе процедуры банкротства. Это увеличивает итоговую сумму требования — важно учитывать при оценке риска на ранних стадиях.

Частая ошибка КДЛ: воспринимать Пленум №42 исключительно как инструмент кредиторов. Нормы о BJR и снижении размера — это прямые инструменты защиты. Их нужно использовать активно, а не ждать, пока суд применит их по своей инициативе.

Тренд 2: расширение круга КДЛ — кто теперь под риском?

Контролирующим должника лицом по статье 61.10 Федерального закона о банкротстве признаётся человек, который в течение трёх лет до возбуждения дела мог давать обязательные указания или определять действия компании иным образом. Суды расширяют круг ответчиков последовательно: в 2025 году зафиксированы три устойчивых направления.

Главные бухгалтеры. Управляющие всё чаще включают главбухов в заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, опираясь на пункт 3 статьи 61.10: лицо, которое имело право самостоятельно распоряжаться более чем половиной денежных средств должника. Если главный бухгалтер подписывал платёжные поручения или имел право первой подписи на банковских счетах — суд может признать его КДЛ. Защита строится на разграничении: техническое исполнение платежей по приказу директора не равно самостоятельному принятию управленческих решений.

Конечные бенефициары через цепочки владения. Судебная практика 2024–2025 годов устойчиво признаёт КДЛ конечного владельца холдинга даже при многоуровневой корпоративной структуре. Обзор практики Президиума ВС РФ, утверждённый 25.04.2025, закрепил: запрет КДЛ оспаривать сделки не распространяется на случаи, когда лицо доказывает отсутствие реального контроля в спорный период.

Номинальные директора. Номинал, который де-юре руководил компанией, но де-факто действовал по указанию другого лица, несёт ответственность солидарно с фактическим руководителем. При этом номинальный директор вправе снизить свою ответственность, раскрыв суду информацию о фактическом контролирующем лице — это прямо предусмотрено пунктом 9 статьи 61.11.

Многие не знают, что срок «три года до возбуждения дела» считается от даты принятия судом заявления о банкротстве, а не от даты введения процедуры. Бывший директор, уволившийся за 2 года и 11 месяцев до этой даты, всё ещё попадает в период проверки.

Тренд 3: ФНС как главный инициатор — как налоговый долг становится субсидиарной ответственностью?

Федеральная налоговая служба остаётся крупнейшим инициатором субсидиарных требований: по данным ЕФРСБ за 2024 год, налоговые органы участвовали в качестве заявителя или кредитора в более чем 60% дел, где размер требования к КДЛ превышал 10 млн рублей. Механизм стандартный: налоговая доначисляет по результатам проверки, компания не платит, возбуждается дело о банкротстве или сразу подаётся иск по статье 61.19.

Особенность налоговых дел — презумпция из подпункта 3 пункта 2 статьи 61.11: если требования налогового органа превышают 50% от совокупного размера требований третьей очереди, это автоматически создаёт презумпцию причинной связи между действиями КДЛ и невозможностью погашения требований. Опровергнуть её сложно: нужно доказать, что налоговые нарушения совершались не в результате воли контролирующего лица.

Три года до подачи заявления о банкротстве — это период оспаривания сделок и проверки действий КДЛ. Если в этот период директор или учредитель выводил активы, переводил бизнес на новую компанию или выплачивал нетипичные дивиденды — налоговая квалифицирует это как основание для статьи 61.11. При доначислении свыше 300 млн рублей ФНС параллельно направляет материалы для возбуждения уголовного дела по статье 199 УК РФ.

Для контекстного понимания ситуации: аналитика по субсидиарной ответственности показывает, что налоговые основания устойчиво занимают первое место среди причин привлечения КДЛ начиная с 2021 года.

Тренд 4: как снизить размер субсидиарной ответственности после Пленума №42?

До декабря 2025 года суды в большинстве случаев либо привлекали КДЛ к полной ответственности, либо отказывали в иске целиком. Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 закрепил промежуточный вариант: суд обязан оценить, какая часть непогашенных требований кредиторов образовалась именно вследствие конкретного нарушения КДЛ. Остальная часть долга — та, что возникла из объективных рыночных причин — может быть исключена из расчётной базы.

Механизм работает через ходатайство КДЛ. Ответчик заявляет о снижении размера и представляет доказательства: финансовую модель «но за нарушение», заключения аудитора, данные отраслевой статистики, переписку с кредиторами, демонстрирующую независимые причины неплатёжеспособности. Суд оценивает доказательства и устанавливает долю ответственности.

Важный нюанс: снижение размера и полный отказ от привлечения — разные стратегии. Первая признаёт нарушение, но ограничивает его последствия. Вторая опровергает само основание. Выбор зависит от силы доказательной базы. Переход от стратегии «опровергнуть КДЛ» к стратегии «снизить размер» на поздней стадии осложнён: процессуальные позиции в апелляции формируются на основе того, что было заявлено в первой инстанции.

Неочевидный риск: мораторные проценты, включённые в размер ответственности по Пленуму №42, могут существенно увеличить итоговую сумму даже при небольшом основном долге. При длительном банкротном производстве — 3–4 года — прирост от мораторных процентов достигает 20–30% от суммы требования.

Для подготовки ходатайства о снижении размера субсидиарной ответственности подготовьте:

• финансовую отчётность компании за три года до банкротства с пояснениями к убыткам;
• документы, подтверждающие объективные причины неплатёжеспособности (разрыв договоров с контрагентами, санкционные ограничения, отраслевой спад);
• переписку с кредиторами и банками в период нарастания задолженности;
• решения органов управления, принятые в соответствии с Business Judgment Rule;
• заключение независимого аудитора или экономиста о причинах невозможности погашения требований.

Тренд 5: уступка требования к КДЛ — что это означает для ответчика?

Статья 61.17 Федерального закона о банкротстве предоставляет кредиторам право распорядиться требованием к КДЛ тремя способами: уступить другому лицу, оставить за собой или продать на торгах. Обзор судебной практики Президиума ВС РФ, утверждённый 25.04.2025, закрепил практику уступки: профессиональные взыскатели выкупают требования к КДЛ у пассивных кредиторов и занимаются их принудительным исполнением самостоятельно.

Для КДЛ это означает смену кредитора в процессе. Новый кредитор, как правило, более активен процессуально: оспаривает мировые соглашения, обжалует снижение размера, разыскивает скрытые активы. Стратегия, рассчитанная на пассивность первоначального кредитора, перестаёт работать.

Практика выкупа требований формирует новый рынок: специализированные взыскательные структуры анализируют банкротные дела в ЕФРСБ, оценивают платёжеспособность КДЛ как физического лица и приобретают требования с дисконтом 50–70% от номинала. После уступки переговорная позиция КДЛ ухудшается: новый кредитор не заинтересован в мировом соглашении на рыночных условиях — ему нужна полная сумма для окупаемости вложения.

Типовые сценарии привлечения КДЛ в 2025–2026 годах

Риск субсидиарной ответственности зависит не только от формального статуса, но и от конкретной ситуации. Три наиболее распространённых сценария 2025–2026 годов — с анализом доказательной базы и вероятного исхода.

Сценарий 1. Активный КДЛ: управлял, подписывал, принимал решения.
Ситуация: директор или участник с долей свыше 50% реально руководил компанией, подписывал договоры, распоряжался счетами. После банкротства управляющий предъявляет требование по статье 61.11 на всю сумму непогашенных требований кредиторов.
Ключевые доказательства: доказать можно снижение размера — через разграничение ответственности КДЛ и объективных рыночных причин (Пленум №42). Business Judgment Rule применяется, если решения принимались добросовестно и разумно.
Вероятный исход: привлечение к ответственности вероятно, но размер снижаем при наличии доказательной базы.
Стратегия: сформировать документальное обоснование добросовестности каждого оспариваемого решения и заявить ходатайство о снижении размера.

Сценарий 2. Пассивный КДЛ: формально связан, реального влияния нет.
Ситуация: участник владеет долей 50%+, но фактически не управлял компанией, не участвовал в оперативных решениях, не подписывал финансовых документов. Управляющий ссылается на презумпцию пункта 4 статьи 61.10.
Ключевые доказательства: отсутствие протоколов с участием, отсутствие доверенностей и банковских карточек, переписка, показывающая дистанцированность от оперативного управления.
Вероятный исход: при хорошей доказательной базе — отказ в привлечении; суд оценивает реальное влияние, а не формальную долю.
Стратегия: опровергнуть каждое основание презумпции, зафиксировать в возражениях конкретные периоды и решения, в которых участник не участвовал.

Сценарий 3. Исторический КДЛ: утратил статус менее чем за три года до банкротства.
Ситуация: бывший директор уволился или участник продал долю за 2–2,5 года до возбуждения дела. Формально — попадает в трёхлетний период. Управляющий включает его в заявление наряду с действующим руководителем.
Ключевые доказательства: дата увольнения или выхода из состава участников, документы, подтверждающие передачу полномочий, отсутствие сделок после выбытия.
Вероятный исход: при обоснованной позиции суд разграничивает периоды вины; часть требований может быть отнесена на действующего КДЛ, часть — на исторического с соответствующим снижением размера. Размер требования к историческому КДЛ — не более долга, образовавшегося в период его фактического управления.
Стратегия: обособить период своего управления документально и добиться разграничения ответственности между историческим и текущим КДЛ.

Ни один из трёх сценариев не разрешается одинаково — конкретный исход определяется составом доказательств, которые были собраны до первого судебного заседания. После его начала возможности меняются.

Тренд 6: прогноз на 2026 год — что изменится в практике субсидиарки?

Устойчивые тенденции первой половины 2026 года указывают на три направления дальнейшего развития практики субсидиарной ответственности в России.

Внебанкротный маршрут станет основным для ФНС. Налоговый орган последовательно отдаёт предпочтение иску по статье 61.19 перед инициированием банкротства: издержки ниже, скорость выше, а бремя доказывания для кредитора в 2025–2026 годах фактически не изменилось. По прогнозам, к концу 2026 года доля внебанкротных требований среди налоговых исков к КДЛ превысит 70%.

Механизм снижения размера по Пленуму №42 пройдёт практическую «обкатку». Первые определения ВС РФ по апелляционным жалобам на решения о снижении (или отказе в снижении) появятся в 2026 году и сформируют устойчивую методику расчёта. Для КДЛ это окно возможностей: пока методика не устоялась, аргументация в пользу снижения принимается шире.

Рынок уступки требований к КДЛ продолжит рост. Профессиональные взыскатели с каждым годом активнее участвуют в банкротных процессах. Для КДЛ это означает, что переговорная позиция нужна с первого дня, а не после смены кредитора.

Смежные материалы по теме: защита КДЛ по позициям ВС — Пленум №42, часть 2; практика в банкротных делах ВС РФ; сравнительный анализ практики субсидиарки.