Судебная практика Пленум ВС 42: тренды 2025 по изменениям Пленума ВС 42

Что именно изменил Пленум №42: пять ключевых новелл

Постановление Пленума ВС РФ №42 от 23.12.2025 внесло изменения в Постановление №53 от 21.12.2017 — базовый документ, которым арбитражные суды руководствуются при рассмотрении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности по главе III.2 Федерального закона о банкротстве. Изменения не отменяют прежние разъяснения, но существенно корректируют логику доказывания как для заявителей, так и для ответчиков — КДЛ.

Первая новелла: снижение размера через разрыв причинно-следственной связи. До Пленума №42 суды преимущественно рассматривали вопрос «привлечь или не привлечь». Если основание установлено — ответчик нёс ответственность на всю сумму реестра. Пленум №42 прямо разъяснил: КДЛ вправе доказывать, что конкретное нарушение не стало причиной всего объёма невозможности погашения. Суд обязан определить размер ответственности пропорционально реальному вкладу нарушения в ущерб кредиторов. Это первое системное основание для частичного отказа в требовании, а не только полного.

Вторая новелла: Business Judgment Rule в банкротном контексте. Пленум №62 ВАС РФ от 30.07.2013 закрепил BJR применительно к взысканию убытков с директоров. Пленум №42 распространил этот стандарт на субсидиарные споры: решение, принятое в условиях обычного предпринимательского риска, санкционного давления или рыночных колебаний, не свидетельствует о недобросовестности КДЛ само по себе. Для привлечения нужно доказать именно недобросовестное или неразумное поведение — намерение причинить вред либо явное игнорирование интересов кредиторов.

Третья новелла: индивидуализация ответственности членов коллегиальных органов. Членство в совете директоров или коллегиальном исполнительном органе теперь само по себе не является основанием солидарной ответственности. Пленум №42 ввёл требование индивидуального установления вины: суд обязан исследовать, как голосовал конкретный член органа, имел ли он информацию о рисках, мог ли предотвратить вред. Участник, проголосовавший «против» или заявивший особое мнение, получил инструмент полного выхода из-под ответственности.

Четвёртая новелла: мораторные проценты в составе требования. С 23.12.2025 мораторные проценты, начисленные в ходе процедуры банкротства, включаются в расчёт размера субсидиарной ответственности. Для КДЛ это означает увеличение итоговой суммы требования — важно учитывать при оценке рисков и формировании позиции по снижению.

Пятая новелла: ответственность наследников КДЛ. Пленум №42 уточнил порядок перехода требования к наследникам умершего КДЛ: ответственность ограничивается стоимостью наследственной массы. Суды обязаны устанавливать состав наследства до вынесения решения, а не перекладывать бремя доказывания исключительно на наследника.

Неочевидный риск для КДЛ: мораторные проценты увеличивают сумму требования автоматически, без отдельного заявления управляющего. Если позиция защиты строилась на конкретной сумме реестра без учёта этой надбавки — расчёт потребует корректировки.

Как суды применяют Пленум №42 в 2025-2026 годах?

Первые полгода после принятия Пленума №42 показали ожидаемую картину: суды первой инстанции применяют новые разъяснения неравномерно. Суды Московского и Северо-Западного округов раньше других воспроизвели формулировки о разрыве причинно-следственной связи в своих определениях. Регионы Сибири и Поволжья в ряде случаев продолжают использовать прежнюю логику «установлено основание — взыскать весь реестр».

По данным ЕФРСБ, число заявлений о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности в первом квартале 2026 года составило около 3 100 — примерно на уровне аналогичного периода 2025 года. При этом доля определений с частичным отказом по основанию снижения размера существенно выросла в округах, раньше принявших новые разъяснения.

Ключевой тренд первого полугодия: управляющие и кредиторы начали детализировать заявления. Раньше достаточно было установить, что КДЛ подписал убыточную сделку. Теперь, зная, что суд будет проверять причинно-следственную связь, заявители указывают конкретные последствия каждого нарушения для конкурсной массы. Это повышает стандарт доказывания с обеих сторон.

На практике важно учитывать: суды пока применяют Пленум №42 преимущественно тогда, когда на него прямо ссылается сторона защиты. Пассивное ожидание, что суд самостоятельно применит новые разъяснения, снижает шансы на благоприятный исход.

Business Judgment Rule в банкротном деле: как работает на практике?

Business Judgment Rule — стандарт оценки управленческих решений, при котором суд не подменяет предпринимательское суждение директора своим: решение признаётся законным, если принято добросовестно, на основе достаточной информации и в интересах компании (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ №62 от 30.07.2013, теперь подтверждённый Пленумом №42 применительно к субсидиарным спорам). Бремя доказывания недобросовестности лежит на заявителе — конкурсном управляющем или кредиторе.

До Пленума №42 суды в субсидиарных делах нередко перекладывали бремя на КДЛ: «докажи, что решение было разумным». Пленум №42 вернул стандартную логику — заявитель обязан сначала показать признаки недобросовестности, и лишь после этого КДЛ должен опровергать. Это процессуально значимо: без первичных доказательств недобросовестности суд не должен переходить к исследованию оправдательных аргументов ответчика.

Три условия для успешного применения BJR в банкротном деле:

• Решение принято на основе реально имевшейся на тот момент информации, а не той, что стала известна постфактум.
• Директор или участник действовал в интересах компании, а не извлекал личную выгоду за её счёт.
• Решение соответствовало обычной деловой практике в сопоставимых обстоятельствах — в том числе в условиях санкционного давления или рыночного кризиса.

Частая ошибка КДЛ: попытка обосновать решение аналитикой, подготовленной уже после начала банкротного дела. Суды отклоняют такие документы как ретроспективные. Доказательная база BJR строится только на материалах, существовавших до принятия решения.

Многие не знают, что BJR не освобождает от ответственности автоматически. Если управляющий докажет, что КДЛ имел конфликт интересов по конкретной сделке — например, был аффилирован с контрагентом, — стандарт BJR не применяется, и бремя переходит на ответчика.

Коллегиальные органы: как Пленум №42 изменил правила для членов совета директоров?

До Пленума №42 суды нередко привлекали членов совета директоров солидарно, фактически исходя из факта участия в голосовании. Пленум №42 разорвал эту логику: само по себе членство в коллегиальном органе не создаёт автоматической солидарной ответственности. Суд обязан установить конкретную вину каждого участника голосования отдельно.

Четыре сценария для члена совета директоров после Пленума №42:

• Голосовал «за» оспариваемое решение и знал о его вредоносном характере — высокий риск привлечения.
• Голосовал «за», но не имел доступа к информации, позволявшей оценить риски — BJR применим, бремя на управляющем.
• Голосовал «против» или воздержался с фиксацией в протоколе — сильная позиция для полного выхода из ответственности.
• Отсутствовал на заседании или не участвовал в голосовании по конкретному вопросу — требует документального подтверждения.

Доказательная база для члена совета директоров: протоколы заседаний с поимённым голосованием, особые мнения в письменной форме, переписка с юридической службой или аудиторами, доказательства ограниченного доступа к операционной информации компании.

Неочевидный риск: если протокол заседания не содержит поимённых результатов голосования, суд вправе предположить, что все присутствовавшие члены органа поддержали решение. Это означает, что составление протоколов с детальной фиксацией голосования — не формальность, а элемент защиты на случай будущего банкротного спора.

Полезный материал по теме: корпоративная защита от субсидиарки и документирование BJR.

Снижение размера субсидиарной ответственности: три рабочих основания

Снижение размера субсидиарной ответственности — новый самостоятельный элемент защитной стратегии, прямо закреплённый Пленумом №42. Ранее КДЛ мог либо опровергнуть привлечение целиком, либо нести ответственность на весь реестр. Теперь существует промежуточный результат — частичное взыскание пропорционально доказанному вкладу нарушения в ущерб.

Основание 1: разрыв причинно-следственной связи. КДЛ доказывает, что банкротство вызвано объективными внешними факторами — отраслевым кризисом, утратой ключевого контрагента, санкционными ограничениями, — а его нарушения причинили ущерб лишь на часть суммы. Суд устанавливает пропорцию и взыскивает только «доказанную часть».

Основание 2: конкурирующие причины банкротства. Если в деле есть несколько КДЛ и каждый ответственен за разные нарушения, суд должен разграничить их вклад. Участник, чьи действия причинили вред в 20 млн рублей при общем реестре в 200 млн, не обязан нести солидарную ответственность на всю сумму — при условии, что он представил доказательства раздельного вклада.

Основание 3: мораторные проценты и их оспаривание. Мораторные проценты теперь включаются в размер требования. Однако их сумма может быть оспорена, если КДЛ докажет, что конкретное нарушение предшествовало начислению процентов и не имеет к ним причинно-следственной связи.

Триггер риска: три года исковой давности по статье 61.14 Федерального закона о банкротстве исчисляются с момента, когда кредитор узнал об основаниях требования. На практике суды нередко привязывают этот момент к дате утверждения отчёта конкурсного управляющего — то есть к концу процедуры. Для КДЛ, утратившего статус несколько лет назад, это означает, что риск привлечения сохраняется ещё несколько лет после фактического прекращения связи с компанией. Объективный предел — десять лет с даты нарушения.

Для подготовки позиции по снижению размера подготовьте:

• Финансовую отчётность компании за три года до банкротства — для установления динамики ухудшения платёжеспособности.
• Документы, подтверждающие внешние факторы кризиса: расторжение контрактов, отказ банков в кредитовании, отраслевые данные.
• Расчёт ущерба от конкретных вменяемых сделок — отдельно от общей суммы реестра.
• Протоколы заседаний органов управления с обоснованием принятых решений.
• Заключение независимого оценщика или финансового консультанта о причинах банкротства — при наличии.

Типовые сценарии применения Пленума №42 для КДЛ

Три ситуации, в которых новые разъяснения Пленума №42 меняют оценку перспектив дела.

Сценарий 1. Активный КДЛ в условиях рыночного кризиса (основной).
Ситуация: директор или мажоритарный участник принимал решения в период кризиса отрасли или санкционного давления; компания обанкротилась, управляющий вменяет убыточные сделки и несвоевременную подачу заявления о банкротстве по статье 61.12 Федерального закона о банкротстве.
Ключевые доказательства: переписка с контрагентами и банками в кризисный период, решения органов управления с обоснованием, отраслевая статистика, сравнение с конкурентами.
Вероятный исход: при доказанном BJR — снижение размера до доли, причинённой конкретными нарушениями, либо полный отказ в привлечении.
Стратегия: сначала опровергать причинно-следственную связь на уровне каждого отдельного нарушения, затем ставить вопрос о снижении размера как запасную позицию.

Сценарий 2. Член совета директоров, не участвовавший в ключевом решении (смежный).
Ситуация: управляющий подаёт заявление о солидарной ответственности всех членов совета директоров; один из них либо голосовал «против», либо отсутствовал на заседании, либо имел ограниченный доступ к информации о сделке.
Ключевые доказательства: протоколы заседаний с поимённым голосованием, особое мнение, переписка с юридическим отделом, доказательства отсутствия на заседании.
Вероятный исход: полный отказ в привлечении конкретного члена органа при наличии надлежащих документов — Пленум №42 прямо предписывает индивидуальную оценку вины.
Стратегия: немедленно выделить позицию отдельного ответчика, не допускать объединения аргументов с другими членами органа.

Сценарий 3. Исторический КДЛ, утративший связь с компанией более трёх лет назад (общий).
Ситуация: лицо вышло из состава участников или прекратило трудовой договор с компанией задолго до банкротства; управляющий ссылается на сделки или решения трёхлетней давности.
Ключевые доказательства: дата внесения изменений в ЕГРЮЛ, дата расторжения договора, отсутствие операционного контроля после выхода.
Вероятный исход: при объективном сроке более десяти лет с даты нарушения — пропуск исковой давности. При сроке до десяти лет — оспаривание субъективного срока и момента, когда кредитор «должен был» узнать об основаниях.
Стратегия: в первую очередь заявить о пропуске срока; параллельно строить позицию об отсутствии статуса КДЛ в юридически значимый период.

Описанные сценарии показывают: конкретная стратегия определяется не столько размером требования, сколько фактическими обстоятельствами участия в управлении и наличием доказательной базы. Универсального решения нет — детальный анализ ситуации необходим до выбора линии защиты.

Возражение: суды ещё не применяют новый Пленум — стоит ли на него ссылаться?

Главное возражение, которое возникает у КДЛ при знакомстве с Пленумом №42: «Это новые разъяснения, суд первой инстанции их проигнорирует». Это возражение частично обоснованно — но только частично.

Суды первой инстанции действительно медленнее усваивают новые разъяснения ВС РФ. Однако ссылка на Пленум №42 в возражениях выполняет несколько функций одновременно. Первая: формирует апелляционную базу. Если суд первой инстанции проигнорировал применимый Пленум, апелляционная жалоба с указанием на конкретный пункт разъяснения имеет значительно больше шансов на успех. Вторая: дисциплинирует управляющего и кредитора. Зная, что КДЛ ссылается на BJR и снижение размера, они вынуждены детализировать доказательства причинно-следственной связи — что само по себе усложняет их позицию. Третья: ВС РФ последовательно отменяет акты, вынесенные без учёта действующих разъяснений Пленума.

Дополнительный аргумент: Пленум ВС РФ №42 содержит ряд абсолютно новых конструкций, которых в прежней редакции №53 не было вовсе — в частности, прямые указания на снижение размера и индивидуализацию ответственности членов коллегиальных органов. Суд не может применить их «по аналогии» с прежней практикой — только прямой ссылкой на обновлённый документ.

Практическая рекомендация: в каждом процессуальном документе — отзыве, возражениях, ходатайстве — прямо указывать номер пункта Пленума №42, который применяется к конкретному доводу. Это обязывает суд высказаться по существу в мотивировочной части, что создаёт апелляционный рычаг.

Подробнее о стратегии использования позиций ВС: как использовать позиции ВС по Пленуму №42 для защиты КДЛ.