Как использовать позиции ВС по Пленум ВС 42 для защиты Пленум ВС 42 от 23.12.2025

Что именно изменил Пленум № 42: ключевые новеллы для практики защиты

Пленум ВС РФ № 42 от 23.12.2025 не создал новый документ — он скорректировал действующий Пленум № 53, уточнив несколько концептуально важных позиций. Наиболее значимые из них касаются четырёх блоков: Business Judgment Rule в банкротных делах, индивидуализация ответственности членов коллегиальных органов, расчёт размера ответственности с учётом мораторных процентов и ответственность наследников КДЛ.

До 23.12.2025 суды нередко трактовали участие в управлении как достаточное основание для привлечения к ответственности. Пленум № 42 сместил акцент: суд обязан исследовать причинно-следственную связь между конкретными действиями ответчика и наступившей невозможностью погашения требований. Это принципиальный сдвиг — теперь недостаточно доказать, что человек был директором в период банкротства.

Business Judgment Rule в банкротных делах. Пленум закрепил, что предпринимательский риск, санкционное давление и рыночные колебания сами по себе не образуют вины КДЛ. Суд должен отграничить нормальный деловой риск от недобросовестного поведения. Это прямо перекликается с позицией Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 об убытках с директоров, которая теперь получила явное распространение на субсидиарные споры.

Коллегиальные органы. Членство в совете директоров или правлении само по себе не означает соучастия в причинении вреда. Ответственность каждого члена коллегиального органа определяется индивидуально: суд исследует, за что именно голосовал ответчик, воздержался или голосовал против.

Мораторные проценты с 23.12.2025 включаются в расчёт размера субсидиарной ответственности. Это увеличивает итоговую сумму требования, что необходимо учитывать при оценке рисков ещё на стадии предбанкротства.

Наследники КДЛ. Пленум № 42 уточнил правила привлечения наследников умершего контролирующего лица: их ответственность ограничена стоимостью принятого наследства, а не всей суммой требований к умершему КДЛ.

Как работает Business Judgment Rule в субсидиарных спорах после Пленума № 42?

Business Judgment Rule — это принцип, по которому суд не вправе оценивать экономическую целесообразность решения руководителя, если то принималось добросовестно и в интересах компании (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ № 62, теперь распространённый Пленумом № 42 на субсидиарные дела). Применительно к банкротству BJR означает: управляющий обязан доказать не просто убыточность сделки или решения, а именно недобросовестность ответчика.

На практике это выглядит так. Конкурсный управляющий указывает, что в 2022–2023 годах директор заключил договоры по ценам ниже рыночных. Директор возражает: решения принимались в условиях санкционного давления и форс-мажора, компания пыталась сохранить контрагентов. Без Пленума № 42 суды нередко ограничивались констатацией убытка. После 23.12.2025 суд обязан исследовать, были ли у директора разумные основания действовать именно так в той деловой обстановке.

Неочевидный риск: BJR не работает автоматически. Ответчик должен активно формировать доказательную базу — протоколы заседаний, аналитические записки, переписку с контрагентами, отчёты о состоянии рынка на дату решения. Голое утверждение «я действовал разумно» суд отклонит.

• Зафиксируйте хронологию событий, предшествовавших спорному решению: что происходило на рынке, какова была финансовая модель в тот момент.
• Соберите документы, подтверждающие, что решение обсуждалось коллегиально или проходило независимую оценку.
• Подготовьте доказательства того, что альтернативные варианты были хуже или недоступны.
• Отделите решения, принятые до появления признаков банкротства, от решений после — суд оценивает их по разным стандартам.

Частая ошибка КДЛ — пытаться доказать экономическую выгодность сделки постфактум, опираясь на ретроспективный анализ. Суд оценивает обоснованность решения на дату его принятия, а не с позиции «что произошло в итоге».

Когда можно снизить размер субсидиарной ответственности, а не только оспорить её?

До Пленума № 42 защита в субсидиарных спорах фактически сводилась к одному вопросу: привлекать или не привлекать. Пленум ввёл промежуточную позицию — снижение размера. КДЛ вправе доказать, что конкретное вменяемое нарушение не стало реальной причиной невозможности погашения части требований, и суд обязан соразмерно уменьшить сумму требования.

Это открывает новую стратегическую развилку. Если полное опровержение привлечения маловероятно — например, факт сокрытия документов установлен — имеет смысл сосредоточиться на доказательстве того, что именно это нарушение покрывает лишь часть общей суммы непогашенных требований.

Три ситуации, когда снижение размера эффективнее полного опровержения:

• Установлено нарушение по одному основанию (например, несвоевременная подача заявления по статье 61.12 ФЗ о банкротстве), но требование предъявлено по всем долгам реестра.
• Несколько КДЛ привлечены солидарно, и вклад каждого в банкротство существенно различается.
• Часть требований реестра возникла до периода, в котором ответчик реально контролировал должника.

На практике важно учитывать: ходатайство о снижении размера нужно подавать с отдельным расчётом и доказательной базой. Суды не снижают размер «по умолчанию» — этот вопрос должен быть поставлен ответчиком явно, со ссылкой на конкретные позиции Пленума № 42.

Три года исковой давности по субсидиарной ответственности исчисляются с момента, когда кредитор узнал об основаниях требования (статья 61.14 Федерального закона о банкротстве). Начало этого срока суды нередко определяют в пользу кредитора — с даты публикации отчёта управляющего в ЕФРСБ или с даты вынесения определения об установлении требований. Промедление с подачей возражений после получения заявления сокращает возможности для защиты: процессуальные возражения, не заявленные до первого заседания, могут быть отклонены как поданные с нарушением срока.

Как Пленум № 42 изменил ответственность членов совета директоров и коллегиальных органов?

Членство в совете директоров не равно ответственности за банкротство — это прямая позиция Пленума № 42. До 23.12.2025 суды нередко привлекали всех членов совета солидарно, ссылаясь на общую причастность к управлению. Теперь суд обязан исследовать конкретный вклад каждого: как именно голосовал ответчик по оспариваемому решению, присутствовал ли на заседании, имел ли доступ к информации о реальном финансовом состоянии должника.

Три сценария для члена коллегиального органа — и стратегия защиты в каждом из них.

Сценарий 1. Член совета директоров голосовал «за» по оспариваемой сделке.
Ситуация: управляющий указывает, что решение совета о выводе активов причинило вред кредиторам.
Ключевые доказательства: протокол заседания, доступная членам информация на дату голосования, независимая оценка стоимости актива, деловая цель сделки.
Вероятный исход: привлечение возможно, но только при доказанности того, что ответчик знал или должен был знать о причинении вреда.
Стратегия: BJR + доказательство информационной асимметрии — ответчик голосовал на основании заведомо неполных данных, предоставленных менеджментом.

Сценарий 2. Член совета голосовал «против» или воздержался.
Ситуация: ответчик участвовал в заседании, но выразил несогласие с оспариваемым решением.
Ключевые доказательства: протокол с зафиксированной позицией ответчика, особое мнение (если подавалось), последующее уведомление об опасности решения.
Вероятный исход: отказ в привлечении при наличии фиксации позиции в протоколе (статья 61.10 ФЗ о банкротстве, Пленум № 42).
Стратегия: настаивать на индивидуальной оценке голосования; обеспечить приобщение протокола к материалам дела в полном виде.

Сценарий 3. Независимый директор, не участвовавший в операционных решениях.
Ситуация: ответчик входил в состав совета, но не имел доступа к операционной информации и не участвовал в хозяйственных сделках.
Ключевые доказательства: трудовой договор или договор об оказании услуг, перечень полномочий, реестр заседаний с подтверждением или отсутствием участия, переписка.
Вероятный исход: отказ при условии чёткого разграничения полномочий. Риск сохраняется, если суд установит, что ответчик имел реальный доступ к информации и не воспользовался им для предотвращения вреда.
Стратегия: до 300 000 рублей порог для возбуждения дела о банкротстве (статья 6 ФЗ о банкротстве); акцент на отсутствие фактического влияния по статье 61.10 Федерального закона о банкротстве.

Для подготовки возражений на заявление о субсидиарной ответственности члену коллегиального органа следует собрать:

Что изменилось в статусе КДЛ: как Пленум № 42 уточнил критерии контроля?

Контролирующим должника лицом признаётся человек, который в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве имел возможность давать обязательные указания или иным образом определять действия компании (статья 61.10 Федерального закона о банкротстве). Пленум № 42 уточнил: формальные признаки — доля в уставном капитале, запись в ЕГРЮЛ, родственная связь — создают опровержимую презумпцию контроля, которую КДЛ вправе разрушить.

Суды активно используют ЕФРСБ, реестры залогов и данные ФНС для установления фактического контроля. Однако после 23.12.2025 одного лишь корпоративного следа недостаточно для привлечения: управляющий обязан доказать, что ответчик реально формировал решения должника в критический период.

На практике важно учитывать разграничение периодов. Если человек утратил статус КДЛ более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве, он не может быть привлечён к ответственности по статье 61.11 ФЗ о банкротстве — это абсолютное процессуальное основание для прекращения производства в части требований к нему.

Многие не знают, что выход из состава участников или увольнение с поста директора за несколько месяцев до банкротства не снимает риска: суд оценивает период трёх лет до возбуждения дела, а не дату прекращения трудовых отношений. Если в этот период ответчик совершал действия, определявшие деятельность должника, — он остаётся потенциальным КДЛ.

Отдельный блок Пленума № 42 касается цепочек владения и выгодоприобретателей. Лицо, получившее выгоду от сделок должника без формального корпоративного участия, может быть признано КДЛ через презумпцию выгодоприобретателя по пункту 4 статьи 61.10 ФЗ о банкротстве. Опровержение — доказательство того, что выгода получена в рамках обычной хозяйственной деятельности по рыночным условиям.

Типичные сценарии применения Пленума № 42: кому и как защищаться

Позиции Пленума № 42 работают по-разному в зависимости от роли ответчика и характера вменяемых нарушений. Ниже — три типовых сценария, в которых новые разъяснения меняют расклад.

Сценарий 1. Активный КДЛ: управлял, подписывал, принимал решения.
Ситуация: управляющий располагает обширной документацией — договорами, платёжными поручениями, протоколами, подписанными ответчиком.
Ключевые доказательства: хронология принятых решений, деловой контекст на дату каждого, наличие независимых оценок и согласований.
Вероятный исход: привлечение вероятно, но размер может быть снижен через механизм Пленума № 42, если доказано, что не все нарушения находятся в причинной связи с банкротством. Итоговая сумма к конкретному ответчику при нескольких КДЛ — пропорционально его вкладу.
Стратегия: перейти от защиты «не привлекать» к защите «снизить размер». Готовить расчёт со ссылкой на статью 61.11 ФЗ о банкротстве и Пленум № 42.

Сценарий 2. Пассивный КДЛ: формально связан, реального влияния нет.
Ситуация: ответчик числится в ЕГРЮЛ, имеет долю в уставном капитале или приходится родственником директору, но в операционное управление не вмешивался.
Ключевые доказательства: отсутствие подписей на ключевых договорах, доказательства самостоятельности директора, переписка, корпоративные документы с разграничением полномочий.
Вероятный исход: отказ в привлечении при наличии достаточной доказательной базы — Пленум № 42 прямо требует доказательств реального влияния, а не только формального статуса. Требования к ответчику могут составлять сотни миллионов рублей — ставки высоки.
Стратегия: опровержение презумпции контроля по статье 61.10 ФЗ о банкротстве; документирование фактической дистанции от управленческих решений.

Сценарий 3. Исторический КДЛ: утратил статус более трёх лет назад.
Ситуация: ответчик был директором или участником, однако вышел из этой роли задолго до возбуждения дела о банкротстве.
Ключевые доказательства: дата прекращения полномочий, дата возбуждения дела о банкротстве, трёхлетний период ретроспекции по статье 61.10 ФЗ о банкротстве.
Вероятный исход: отказ в привлечении как не являющемуся КДЛ в значимый период — это процессуальное основание, которое нужно заявить до рассмотрения дела по существу.
Стратегия: немедленное процессуальное возражение о выходе за пределы трёхлетнего периода; подача до первого заседания по существу, поскольку суд не рассматривает этот вопрос по умолчанию.

Независимо от сценария, выбор стратегии — «опровергнуть статус КДЛ» или «снизить размер» — нужно сделать ещё до первого заседания. После того как суд приступил к рассмотрению по существу без вашей позиции, возможности для манёвра резко сужаются.

Как применять Пленум № 42 в апелляции и кассации?

Пленум № 42 от 23.12.2025 применяется судами к делам, рассматриваемым после даты его принятия, — независимо от того, когда было возбуждено дело о банкротстве. Это открывает возможности для использования новых разъяснений в апелляционных и кассационных жалобах по делам, решения по которым вынесены до 23.12.2025 или в переходный период.

Ключевой процессуальный аргумент: если суд первой инстанции привлёк ответчика к субсидиарной ответственности без исследования причинно-следственной связи между конкретными нарушениями и невозможностью погашения требований — это основание для отмены определения в апелляции. Пленум № 42 прямо обязывает суд исследовать этот вопрос; игнорирование нормы является нарушением применения материального права.

Типичная ошибка при обжаловании: КДЛ ограничивается повторением доводов первой инстанции без указания на конкретные нормы Пленума № 42, которые суд не применил или применил неверно. Апелляция и кассация требуют точных ссылок на пункты Пленума и конкретные выводы суда, им противоречащие.

Важно разграничивать субсидиарную ответственность по статье 61.11 ФЗ о банкротстве и взыскание убытков по статье 61.20 того же закона в связке со статьёй 53.1 ГК РФ. После Пленума № 42 взыскание убытков нередко предпочтительнее для ответчика: размер ограничен реальным ущербом, а не всей суммой реестра. Суд вправе переквалифицировать требование по собственной инициативе, но ответчик должен активно ставить этот вопрос — пассивное ожидание переквалификации не работает.

Ссылки на актуальную аналитику по практике ВС РФ: Аналитика по практике арбитражных судов, а также смежные материалы по применению BJR: Как избежать субсидиарки: документирование и BJR, по статусу КДЛ: Аудит статуса КДЛ до банкротства и по доказательной базе: Доказательная база КДЛ: типичные ошибки.

Полный каталог материалов по субсидиарной ответственности: Аналитика КДЛ-Субсидиарка.