Статистика субсидиарной ответственности: тренды 2025–2026

Как изменилась динамика субсидиарной ответственности за 2023–2025 годы?

По данным ЕФРСБ, количество сообщений о подаче заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности в 2024 году превысило 11 500 — рост около 18% относительно 2023 года. В 2025 году динамика сохраняется: только за первые три квартала зафиксировано свыше 9 000 новых заявлений. Сумма требований по завершённым делам также растёт: медианный размер требования к одному КДЛ в 2024 году составил около 28–35 млн рублей, а в крупных делах с несколькими контролирующими лицами совокупные требования нередко превышают 1 млрд рублей.

Три ключевых количественных тренда периода 2023–2025 годов по данным судебного департамента при ВС РФ и ЕФРСБ:

• Доля дел, в которых заявлено привлечение одновременно нескольких КДЛ, выросла с 31% в 2022 году до 47% в 2024 году — управляющие и кредиторы системно расширяют круг ответчиков.
• ФНС России инициировала банкротство в 2024 году примерно в каждом четвёртом корпоративном деле о несостоятельности, где впоследствии подавалось заявление о субсидиарной ответственности.
• Доля удовлетворённых заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности в арбитражных судах первой инстанции в 2024 году составила около 54–58% от числа рассмотренных по существу.

Неочевидный риск, который фиксирует практика: управляющие всё активнее используют статью 61.17 Федерального закона о банкротстве — уступку права требования к КДЛ отдельным кредиторам. Это означает, что даже после завершения основного дела о банкротстве конкретный кредитор может продолжать взыскание самостоятельно. Срок исковой давности при этом не прерывается — три года с момента, установленного статьёй 61.14.

Частая ошибка директора или учредителя на этом этапе — ждать завершения процедуры банкротства, прежде чем начать формировать позицию защиты. Заявление о привлечении может быть подано ещё в ходе конкурсного производства, и к моменту первого заседания у ответчика остаётся в среднем три-четыре недели на подготовку отзыва.

Что изменил Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 для практики субсидиарной ответственности?

Постановление Пленума ВС РФ от 23.12.2025 №42 внесло изменения в Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 — главный акт по субсидиарной ответственности КДЛ. Ключевое новшество: КДЛ теперь вправе доказывать, что конкретное нарушение, вменяемое ему в вину, не привело к невозможности погашения требований кредиторов. Это позволяет добиваться снижения размера ответственности, а не только оспаривать привлечение целиком.

Наиболее значимые изменения для практики после Пленума №42:

• Business Judgment Rule в банкротстве. Предпринимательский риск, санкционное давление, рыночные колебания сами по себе не образуют вины КДЛ. Суд обязан установить именно недобросовестное или неразумное поведение — а не только факт негативного результата для кредиторов.
• Снижение размера как самостоятельный способ защиты. Если КДЛ доказал, что отдельное нарушение не находится в причинно-следственной связи с общим размером непогашенных требований, суд вправе уменьшить взыскиваемую сумму пропорционально.
• Мораторные проценты включаются в размер. С 23.12.2025 мораторные проценты по статье 63 Федерального закона о банкротстве входят в расчёт суммы субсидиарной ответственности. При длительных процедурах это существенно увеличивает итоговое требование.
• Коллегиальные органы — индивидуальная ответственность. Членство в совете директоров само по себе не означает соучастия в причинении вреда. Ответственность определяется по голосованию каждого участника по конкретному решению.
• Прокурор и наследники КДЛ. Уточнён порядок участия прокурора в делах о субсидиарной ответственности. Требования к наследникам умершего КДЛ теперь имеют чёткое процессуальное регулирование.

На практике важно учитывать: изменения Пленума №42 применяются судами уже с начала 2026 года. В делах, где заявление подано до 23.12.2025, суды также принимают позицию о снижении размера — при наличии соответствующего ходатайства с доказательной базой.

Многие не знают, что мораторные проценты рассчитываются за весь период процедуры банкротства по ставке, установленной статьёй 63 закона. При процедуре длиной три-четыре года это может добавить к требованию 15–25% от исходной суммы долга. Это нужно учитывать при оценке реального финансового риска ещё до получения заявления.

Как расширяется круг КДЛ: кто рискует попасть под субсидиарную ответственность в 2025–2026 годах?

Контролирующим должника лицом признаётся человек, который в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве мог давать обязательные указания или иным образом определять действия компании (статья 61.10 Федерального закона о банкротстве). В 2024–2025 годах арбитражные суды расширили применение этой нормы по нескольким направлениям.

Главный бухгалтер как КДЛ. Управляющие всё активнее ссылаются на пункт 3 статьи 61.10, признающий контролирующим лицом того, кто извлекал выгоду из незаконного или недобросовестного поведения руководства. Для главного бухгалтера критический вопрос — имел ли он право распоряжаться счетами, подписывать платёжные поручения и давал ли указания по хозяйственным операциям. Подпись в отчётности без управленческих полномочий сама по себе не делает бухгалтера КДЛ, но создаёт повод для проверки.

Бенефициар через цепочки владения. Суды применяют презумпцию выгодоприобретателя из подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 даже при сложных корпоративных структурах. Наличие иностранных холдинговых компаний и номинальных директоров не исключает установление конечного бенефициара как КДЛ, если через аффилированные структуры прослеживается поток выгод от должника.

Бывшие руководители и участники. Трёхлетний период ретроспективного контроля означает, что человек, передавший должность или продавший долю менее чем за три года до возбуждения банкротства, остаётся потенциальным ответчиком. По данным ЕФРСБ, доля требований к бывшим руководителям в 2024 году составила около 22% от общего числа заявлений о субсидиарной ответственности.

Члены совета директоров. После Пленума №42 ответственность каждого члена совета определяется индивидуально по конкретным голосованиям. Это защищает тех, кто голосовал против или воздержался, но усиливает риски для проголосовавших «за» по решениям, впоследствии признанным причиной вреда кредиторам.

Ссылку на актуальную аналитику рынка субсидиарной ответственности можно найти в разделе отраслевых исследований.

Что показывает судебная практика по субсидиарной ответственности в 2025 году?

Арбитражные суды округов в 2025 году демонстрируют несколько устойчивых тенденций. Во-первых, суды стали чаще разграничивать ответственность по основаниям: отдельно рассматривают требования по статье 61.11 (невозможность погашения) и по статье 61.12 (несвоевременная подача заявления). Это важно для стратегии защиты: суммы по разным основаниям могут существенно различаться.

Во-вторых, наметилась практика частичного отказа в привлечении к субсидиарной ответственности в части размера. Ещё в 2023 году подобный результат был редкостью — суды, как правило, либо привлекали на всю сумму, либо отказывали полностью. В 2025 году позиция Пленума №42 о снижении размера начала транслироваться в конкретные определения окружных судов.

В-третьих, суды активнее применяют статью 61.20 Федерального закона о банкротстве — взыскание убытков по правилам статьи 53.1 ГК РФ в деле о банкротстве. Это альтернатива субсидиарной ответственности, которая нередко выгоднее для кредитора при небольших суммах, но создаёт иные риски для ответчика. Размер убытков ограничен конкретным ущербом, тогда как субсидиарная ответственность охватывает весь непогашенный реестр.

На практике важно учитывать: различие между субсидиарной ответственностью и убытками по статье 61.20 определяет не только размер требования, но и стандарт доказывания. При убытках кредитор обязан доказать конкретный размер ущерба и причинно-следственную связь. При субсидиарке по статье 61.11 действует презумпция причинения вреда, которую опровергает уже сам ответчик.

Материалы по смежным вопросам: практика ВС РФ по Пленуму №42, Пленум ВС РФ №53 и практика СКЭС.

Какие риски несёт каждая категория КДЛ: три типовых сценария

Ниже — три сценария, которые покрывают большинство ситуаций, с которыми сталкиваются контролирующие лица при банкротстве компании. Каждый сценарий отличается набором доказательств, вероятным исходом и оптимальной стратегией.

Сценарий 1. Активный КДЛ: управлял, подписывал, принимал решения.
Ситуация: директор или учредитель с долей более 50% лично руководил операционной деятельностью, подписывал договоры, распоряжался счетами. Управляющий ссылается на несколько сделок за три года до банкротства и непередачу документации.
Ключевые доказательства для защиты: деловая переписка, подтверждающая, что сделки преследовали законную коммерческую цель; отчётность, свидетельствующая об отсутствии признаков банкротства на момент их заключения; доказательства передачи документов управляющему.
Вероятный исход: без активной защиты — привлечение на сумму непогашенного реестра. При применении позиции Пленума №42 о снижении размера возможно уменьшение требования на 30–70% в зависимости от доказательной базы.
Стратегия: выстраивать защиту по двум направлениям одновременно — опровержение причинно-следственной связи по каждой сделке и ходатайство о снижении общего размера ответственности.

Сценарий 2. Пассивный КДЛ: формально связан, реального влияния нет.
Ситуация: участник с долей 25–49%, член совета директоров без голосования по спорным решениям, главный бухгалтер без права распоряжения счетами. Управляющий включает в заявление по формальным признакам аффилированности.
Ключевые доказательства: корпоративные решения, показывающие, что данное лицо не голосовало или голосовало против; трудовой договор с ограниченными полномочиями; отсутствие подписей на спорных сделках.
Вероятный исход: при надлежащей доказательной базе — отказ суда в признании статуса КДЛ на основании статьи 61.10 Федерального закона о банкротстве. По данным арбитражной практики 2024 года, в подобных делах суд отказывал в привлечении примерно в 40–45% случаев.
Стратегия: сфокусироваться на опровержении самого статуса КДЛ, не переходя сразу к спору о размере.

Сценарий 3. Исторический КДЛ: утратил статус за 2–3 года до банкротства.
Ситуация: бывший директор или участник, вышедший из компании за 1–2,5 года до возбуждения банкротства. Управляющий вменяет действия, совершённые в период его полномочий.
Ключевые доказательства: дата прекращения полномочий или дата выхода из состава участников; доказательства того, что после утраты статуса лицо не давало указаний и не получало выгод; хронология возникновения требований кредиторов.
Вероятный исход: привлечение возможно только в части требований, причинённых действиями в период фактического контроля (статья 61.11, пункт 6). Требования, возникшие после утраты контроля, должны быть исключены из расчёта.
Стратегия: добиваться разграничения периодов ответственности; настаивать на исключении из суммы требований, возникших после даты прекращения полномочий.

Прогноз: как будет развиваться практика субсидиарной ответственности в 2026 году?

Направления развития практики в 2026 году определяются уже видимыми тенденциями первых месяцев применения Пленума №42. Суды адаптируются к новым позициям неравномерно: окружные суды центральных регионов применяют позицию о снижении размера активнее, чем региональные суды первой инстанции. Это создаёт практическую необходимость чаще апеллировать.

Первый прогнозируемый тренд — дальнейший рост числа заявлений, связанных с налоговыми основаниями. ФНС продолжает инициировать банкротства должников с налоговыми долгами, превышающими 50% реестра. При таком соотношении действует автоматическая презумпция доведения до банкротства. Это означает, что директор или учредитель компании с крупной налоговой недоимкой находится в зоне повышенного риска ещё до формального возбуждения дела.

Второй тренд — активизация внебанкротного привлечения КДЛ. Обзор Президиума ВС РФ, утверждённый 25.04.2025, подтвердил допустимость взыскания с КДЛ после завершения дела о банкротстве по уступленному праву требования. Для бывших директоров и участников ликвидированных банкротов это означает, что угроза личной ответственности не исчезает после закрытия реестра.

Третий тренд — расширение применения статьи 61.20 как альтернативы субсидиарной ответственности в делах с ограниченным числом конкретных убыточных сделок. Кредиторы предпочитают этот инструмент, когда могут чётко обосновать размер вреда: бремя доказывания выше, но и процессуальная скорость больше.

Многие не знают, что тренды практики влияют на выбор стратегии защиты ещё до получения заявления. Если компания находится в предбанкротном состоянии, анализ актуальной практики позволяет превентивно закрыть наиболее уязвимые позиции — задокументировать деловое обоснование ключевых сделок, урегулировать вопрос передачи документации, разграничить полномочия между органами управления.