Пленум ВС 53 и Пленум ВС 42 по изменениям Пленума ВС 42

Что такое Пленум ВС РФ № 42 от 23.12.2025 и зачем он нужен?

Пленум ВС РФ № 42 от 23 декабря 2025 года — постановление, которое не создало новый самостоятельный акт, а изменило действующий Пленум № 53 от 21.12.2017. Это принципиально: суды по-прежнему ссылаются на Пленум № 53, но уже в актуальной редакции. Документ закрыл накопившиеся пробелы, которые за восемь лет практики сформировали противоречивую картину в арбитражных судах округов.

Главный мотив изменений — запрос практики на более точный инструментарий. Суды привлекали КДЛ солидарно на полный реестр без дифференциации вклада каждого нарушения. Члены совета директоров отвечали только за факт членства в органе, принявшем спорное решение. Наследники КДЛ оказывались в правовой неопределённости. Пленум № 42 устранил эти лакуны четырьмя блоками изменений.

Три ключевых НПА, которые необходимо читать вместе: Федеральный закон о банкротстве (глава III.2, статьи 61.10-61.22), Пленум ВС РФ № 53 в редакции от 23.12.2025 и Пленум ВАС РФ № 62 от 30.07.2013 о взыскании убытков с директоров. Последний сохраняет самостоятельное значение, поскольку Пленум № 42 прямо воспроизвёл из него стандарт Business Judgment Rule применительно к банкротным делам.

Частое заблуждение практиков: суды ещё не применяют новый Пленум. Это неверно. Арбитражные суды первой инстанции обязаны ориентироваться на разъяснения ВС РФ с момента их опубликования. Дела, где первое заседание по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности назначено после 23.12.2025, рассматриваются по новым правилам.

Блок 1. Business Judgment Rule: как работает защита предпринимательского решения?

Business Judgment Rule (BJR) — принцип, при котором суд не переоценивает экономическую целесообразность хозяйственного решения руководителя, если оно принято добросовестно, в интересах компании и на основе достаточной информации. Пленум ВАС РФ № 62 закрепил этот стандарт в 2013 году применительно к убыткам с директоров. Пленум № 42 распространил его на дела о субсидиарной ответственности по Федеральному закону о банкротстве.

Практическое значение для КДЛ — существенное. Теперь недостаточно указать на убыточную сделку или ухудшение финансовых показателей. Заявителю нужно доказать именно недобросовестное поведение: что руководитель знал о вредоносности решения, действовал в личных интересах или намеренно игнорировал доступную информацию. Три обстоятельства, которые сами по себе не образуют вины КДЛ:

• санкционное давление и ограничение доступа к контрагентам и финансовым инструментам;
• рыночные колебания, повлёкшие обесценивание активов или разрыв логистических цепочек;
• общеэкономический кризис, при котором аналогичные компании в отрасли также несли убытки.

Неочевидный риск: BJR не работает автоматически. КДЛ обязан активно доказывать добросовестность — представить документы, подтверждающие, что решение принималось на основе достаточной информации. Если протоколов нет, аналитических записок нет, а договор подписан без очевидного обоснования, BJR не спасёт. Многие не знают, что отсутствие внутреннего документооборота одновременно подрывает и позицию по BJR, и возможность опровергнуть презумпцию контроля по статье 61.10 Федерального закона о банкротстве.

Чек-лист документов для применения Business Judgment Rule в суде приведён в разделе ниже.

Блок 2. Снижение размера субсидиарной ответственности: новые правила расчёта

До Пленума № 42 суды, как правило, привлекали КДЛ на полный размер непогашенных требований реестра. Пленум № 42 ввёл механизм дифференцированного расчёта: КДЛ вправе доказать, что конкретное нарушение не стало причиной всего объёма невозможности погашения, а лишь его части. Размер ответственности в этом случае ограничивается реальным ущербом от данного нарушения (статья 61.11 Федерального закона о банкротстве в системном толковании с Пленумом № 42).

Это принципиально меняет тактику защиты. Раньше позиция строилась по принципу «всё или ничего»: либо суд полностью отказывает в привлечении, либо взыскивает весь реестр. Теперь появился третий вариант — частичное привлечение. На практике это означает:

• необходимо анализировать каждое основание требования отдельно;
• по каждому основанию устанавливать причинно-следственную связь с конкретной суммой убытков;
• готовить расчёт — сколько именно требований осталось непогашенными из-за данного нарушения КДЛ, а не из-за других факторов.

Мораторные проценты — ещё один элемент расчёта, уточнённый Пленумом № 42. С 23.12.2025 они включаются в размер субсидиарной ответственности. При оценке риска это увеличивает итоговую сумму требования: к номиналу непогашенных долгов прибавляются проценты за весь период конкурсного производства. Для КДЛ с длительными делами разница может быть существенной.

Триггер для действия: если заявление подано после 23.12.2025, а размер требования включает мораторные проценты без обоснованного расчёта — это самостоятельное основание для возражений. Три года исковой давности по статье 61.14 Федерального закона о банкротстве исчисляются с момента, когда кредитор узнал об основаниях требования. Суды нередко определяют этот момент в пользу кредитора — промедление с подачей возражений сужает процессуальные возможности.

Блок 3. Ответственность членов коллегиальных органов: как теперь работает индивидуальная оценка?

Пленум № 42 установил: членство в коллегиальном органе — совете директоров, правлении, наблюдательном совете — не является самостоятельным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Ответственность определяется индивидуально: суд обязан оценить, как именно голосовал конкретный член органа по спорному решению и какова его роль в причинении вреда кредиторам.

Ранее практика складывалась неоднородно: часть судов привлекала всех членов органа солидарно за сам факт принятия вредоносного решения. Теперь стандарт доказывания для каждого члена органа формируется отдельно. Три значимых следствия для практики:

• голосование «против» или воздержание по протоколу заседания исключает или существенно снижает личный риск члена органа;
• отсутствие на заседании само по себе не освобождает от ответственности — важно, уведомлял ли член органа о своей позиции;
• независимый директор, не участвовавший в операционном управлении, вправе ссылаться на ограниченность своих фактических полномочий.

На практике важно учитывать: протоколы заседаний коллегиальных органов становятся ключевым доказательством. Если в протоколе зафиксировано возражение члена совета директоров против спорной сделки — это существенный элемент защиты. Если протоколов нет или они не содержат результатов голосования по каждому члену — суд вправе применить презумпцию согласия.

Блок 4. Наследники КДЛ и прокурор как участник дела

Пленум № 42 закрыл пробел, существовавший с 2017 года: теперь прямо урегулирован порядок привлечения наследников контролирующего должника лица. Субсидиарная ответственность переходит к наследникам в пределах стоимости наследственного имущества. Это соответствует общей логике гражданского законодательства (статья 1175 ГК РФ), но именно в банкротном контексте ранее суды не имели единого стандарта.

Три условия, при которых наследник несёт ответственность по долгам КДЛ:

• КДЛ умер после возбуждения дела о банкротстве или после подачи заявления о привлечении;
• наследник принял наследство — прямо или фактически (статья 1152 ГК РФ);
• стоимость полученного наследственного имущества превышает ноль — ответственность ограничена этой суммой.

Второй блок изменений — участие прокурора в делах о субсидиарной ответственности. Пленум № 42 закрепил право прокурора подавать заявление о привлечении КДЛ в случаях, когда это отвечает публичным интересам: банкротства с участием государственных кредиторов, дела о систематических выплатах работникам и социально значимые банкротства. Расширение круга заявителей означает: даже если конкурсный управляющий пассивен, прокурор вправе инициировать привлечение.

Частая ошибка КДЛ: полагать, что если кредиторы или управляющий не активны, риск привлечения снизился. После Пленума № 42 это не так. Прокурорский надзор за банкротствами с публичным элементом усилился.

Типовые ситуации КДЛ после Пленума № 42: три сценария

Ниже — три модели ситуации, которые позволяют соотнести конкретное положение КДЛ с новыми правилами и выстроить стратегию.

Сценарий 1. Активный КДЛ — управлял, подписывал, принимал решения

Ситуация: директор или учредитель лично подписывал договоры, управлял счетами, давал указания сотрудникам. Статус КДЛ по статье 61.10 Федерального закона о банкротстве практически не оспорим. Ключевые доказательства: наличие или отсутствие документов, обосновывающих каждое спорное решение; соответствие решений стандарту BJR. Вероятный исход: привлечение вероятно, но размер может быть снижен. Стратегия: строить позицию не на опровержении статуса КДЛ, а на дифференциации причинно-следственной связи по каждому основанию. Размер требования — от нескольких миллионов до полного реестра в зависимости от доказательной базы.

Сценарий 2. Пассивный КДЛ — формально связан, реального влияния нет

Ситуация: участник с долей менее 50%, бывший директор, главный бухгалтер без права подписи платёжных поручений. Управляющий включил в заявление на основе формальных признаков. Ключевые доказательства: ограниченные должностные полномочия, отсутствие доступа к счетам, трудовой договор с разграничением функций. Вероятный исход: суд откажет в привлечении при надлежащем документальном обосновании. Стратегия: опровержение статуса КДЛ по статье 61.10 — на этапе возражений на заявление, до первого заседания по существу.

Сценарий 3. Исторический КДЛ — утратил статус более трёх лет назад

Ситуация: лицо продало долю, уволилось с должности руководителя или иным образом утратило фактический контроль более чем за три года до возбуждения дела о банкротстве. Ключевые доказательства: дата государственной регистрации изменений в ЕГРЮЛ, дата увольнения по трудовой книжке, дата реальной передачи полномочий. Вероятный исход: отказ в привлечении, если трёхлетний период влияния не пересекается с периодом совершения нарушений. Стратегия: установить точную хронологию и закрыть вопрос о статусе КДЛ на предварительном этапе. Сумма в требовании значения не имеет — важен срок.

Правильный выбор сценария определяет, какую позицию строить в первую очередь. Ошибка в выборе линии защиты на ранней стадии сужает возможности в апелляции и кассации. Если ситуация сочетает признаки двух сценариев — необходима предварительная правовая оценка.

Что подготовить для защиты по новым правилам Пленума № 42

Смежный материал: подробный анализ применения позиций Пленума № 42 в конкретных делах — в разделе аналитика по субсидиарной ответственности. Практика арбитражных судов округов по новым стандартам доказывания — в разделе судебная практика.

Полезно также изучить: как использовать позиции ВС по Пленуму № 42 для защиты, аудит рисков субсидиарки и документирование BJR.