Определение СКЭАС по теме Пленум ВС 42 с учётом Пленума ВС 42

Что изменил Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 в правилах субсидиарной ответственности?

Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 скорректировал Постановление Пленума ВС РФ №53 от 21.12.2017 — базовый акт по субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Поправки затронули четыре блока: определение статуса КДЛ и презумпции контроля (статья 61.10 Федерального закона о банкротстве), расчёт размера ответственности при доказанной причинно-следственной связи, применение Business Judgment Rule в банкротных делах и индивидуализацию ответственности членов коллегиальных органов управления. Это первые системные изменения за восемь лет.

До 23 декабря 2025 года практика складывалась так: если управляющий доказывал статус КДЛ и наличие одной из презумпций, суд привлекал его на всю сумму реестровых требований. Снизить размер можно было только в редких случаях. После Пленума №42 расчёт стал двухступенчатым. Сначала устанавливается факт причинения вреда. Затем суд определяет, какая часть дефицита конкурсной массы причинно обусловлена именно поведением данного КДЛ, а не другими факторами. Этот сдвиг открывает новые возможности для снижения требования.

Ключевое практическое следствие: КДЛ теперь вправе занять активную позицию по размеру. Раньше стратегия строилась вокруг одного вопроса — «является ли лицо КДЛ». Теперь появился второй фронт обороны: «каков реальный вред от конкретного нарушения». Даже при проигрыше по статусу можно добиться существенного снижения требования.

На практике важно учитывать следующее: многие управляющие подают заявления по старым шаблонам, не адаптированным к Пленуму №42. Суд первой инстанции нередко продолжает рассматривать дело по ранее сложившейся логике. СКЭАС в ряде дел уже отменяла судебные акты именно по основанию неприменения обновлённых позиций. Это создаёт основание для жалобы, если нижестоящий суд проигнорировал изменения.

Как СКЭАС применяет Business Judgment Rule после Пленума №42?

Business Judgment Rule в банкротных делах — это стандарт оценки управленческих решений, при котором суд не подменяет предпринимательское усмотрение руководителя ретроспективной критикой. Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 закрепил: предпринимательский риск, санкционное давление, рыночные колебания сами по себе не образуют вины КДЛ — необходимо доказать именно недобросовестное или неразумное поведение, а не просто неблагоприятный результат. СКЭАС последовательно применяет этот стандарт при пересмотре дел по кассационным жалобам.

СКЭАС сформировала несколько характерных позиций. Первая: убыточная сделка сама по себе не свидетельствует о вине директора, если у него были разумные коммерческие основания её заключить на момент принятия решения. Вторая: решения, принятые в условиях экономического давления — валютного шока, внешнеторговых ограничений, разрыва логистических цепочек, — оцениваются с учётом объективных обстоятельств того периода, а не текущей позиции управляющего. Третья: бремя доказывания недобросовестности лежит на заявителе, а не на КДЛ.

Неочевидный риск связан с документированием. BJR работает только тогда, когда КДЛ может показать суду процесс принятия решения: собирались ли данные, рассматривались ли альтернативы, согласовывалось ли решение. Отсутствие документального следа управленческого процесса превращает BJR из щита в уязвимость: управляющий утверждает «решение было необоснованным», а опровергнуть это нечем. Именно поэтому профилактическое документирование решений — это юридическая задача, а не административная формальность.

Частая ошибка директора: полагать, что BJR применяется автоматически, достаточно сослаться на рыночные условия. СКЭАС в ряде определений прямо указывала: общие ссылки на экономическую ситуацию без доказательств того, что конкретное решение было результатом взвешенного анализа, не позволяют применить стандарт предпринимательского риска.

Как Пленум №42 изменил ответственность членов советов директоров?

Ответственность члена совета директоров или иного коллегиального органа определяется индивидуально: само по себе членство в органе не равно соучастию в причинении вреда кредиторам. Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 прямо закрепил этот принцип и обязал суды устанавливать личный вклад каждого члена органа в принятие вредоносного решения. До этого арбитражные суды нередко привлекали всех членов солидарно, ссылаясь на факт голосования за то или иное решение.

Теперь суд обязан проверить несколько условий. Голосовал ли конкретный член органа «за» решение, повлёкшее вред. Располагал ли он информацией о рисках на момент голосования или мог её получить при разумной осмотрительности. Предпринимал ли он действия, направленные на предотвращение вреда, — направлял ли особые мнения, ставил ли вопрос о приостановлении решения. СКЭАС в нескольких определениях 2025 года отменяла привлечение к ответственности членов совета директоров, голосовавших «против» или воздержавшихся, и направляла дела на новое рассмотрение.

Члены советов директоров, которые не документировали своё несогласие с рискованными решениями, оказываются в уязвимой позиции. Особое мнение, зафиксированное в протоколе, становится ключевым доказательством добросовестности. Независимый директор, не участвовавший в операционных решениях, вправе ссылаться на ограниченный объём предоставленной ему информации — но должен доказать, что запрашивал её.

Как Пленум №42 изменил расчёт размера субсидиарной ответственности?

До 23 декабря 2025 года размер субсидиарной ответственности по статье 61.11 Федерального закона о банкротстве равнялся совокупному размеру требований кредиторов, включённых в реестр и оставшихся непогашенными. Пленум ВС РФ №42 ввёл механизм снижения: если КДЛ докажет, что конкретное нарушение причинило меньший вред, чем весь дефицит конкурсной массы, суд уменьшает размер ответственности до доказанного вреда. Мораторные проценты с 23.12.2025 включаются в размер ответственности и учитываются при расчёте.

Механизм снижения работает через причинно-следственную связь. КДЛ должен показать, какая часть дефицита конкурсной массы обусловлена именно его действиями, а какая возникла по иным причинам — неблагоприятной рыночной конъюнктуре, действиям других КДЛ, объективным операционным рискам бизнеса. Доказательственная база строится на анализе финансовой отчётности за три года до банкротства, хронологии принятых решений и экспертных заключениях о движении активов.

Практика СКЭАС в 2025 году показала: суды охотнее применяют механизм снижения, когда КДЛ сам инициирует проведение судебно-бухгалтерской экспертизы. Ожидать, что суд по собственной инициативе станет разграничивать причины дефицита, не приходится. Активная позиция в доказывании — обязательное условие применения нового инструмента.

Три года исковой давности по субсидиарной ответственности исчисляются с момента, когда кредитор узнал об основаниях требования (статья 61.14 Федерального закона о банкротстве). На практике суды определяют этот момент по-разному: нередко — в пользу кредитора, с даты публикации о введении процедуры в ЕФРСБ или утверждения отчёта управляющего. Пропуск срока на подачу возражений об исковой давности закрывает один из наиболее весомых процессуальных щитов защиты.

Возражение: суды не применяют Пленум №42 — насколько это реально?

Распространённое возражение КДЛ: «Пленум только вышел, суды первой инстанции его не знают и применять не будут». Это возражение частично обоснованно, но не означает пассивности. Суды первой и апелляционной инстанции действительно адаптируются медленнее. Именно поэтому стратегия защиты строится двухуровнево: позиция по существу — для первой инстанции, и одновременно — формирование апелляционного и кассационного резерва через прямые ссылки на Пленум №42 в процессуальных документах.

СКЭАС, напротив, применяет Пленум №42 последовательно. Это означает следующее: если нижестоящий суд проигнорировал позицию о снижении размера, применении BJR или индивидуализации ответственности члена совета директоров, кассационная жалоба в Верховный суд получает реальные основания. Ряд определений СКЭАС первого квартала 2026 года прямо отменял судебные акты за неприменение Пленума №42.

На практике важно учитывать: ссылаться на Пленум №42 нужно с первого процессуального документа, а не только в жалобе. Суд, который «пропустил» норму в первой инстанции при молчании стороны, в апелляции может отказать в её учёте, сославшись на пассивность участника. Позиция формируется в отзыве на заявление управляющего, а не в момент получения неблагоприятного решения.

Типовые сценарии: как Пленум №42 меняет ситуацию для разных КДЛ

Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 влияет на позицию КДЛ по-разному в зависимости от конкретных обстоятельств дела. Ниже — три типовых сценария.

Сценарий 1. Активный КДЛ: управлял, подписывал, принимал решения. Ситуация: управляющий предъявил полный набор оснований по статье 61.11 Федерального закона о банкротстве, доказательная база управляющего включает документальный след. Ключевые доказательства: финансовая отчётность с позитивной динамикой до момента внешних шоков, протоколы с разграничением альтернатив, экспертиза по причинам дефицита конкурсной массы. Вероятный исход: при доказанности BJR или частичной причинно-следственной связи возможно снижение размера до реального вреда. Стратегия: параллельно с опровержением вины инициировать судебно-бухгалтерскую экспертизу по размеру, ссылаться на Пленум №42 с первого процессуального документа.

Сценарий 2. Пассивный КДЛ: формально связан, реального влияния не было. Ситуация: лицо включено в заявление управляющего по признаку корпоративной связи или родственного аффилирования, но не участвовало в оперативном управлении. Ключевые доказательства: разграничение полномочий в учредительных документах, трудовые договоры исполнительных органов, отсутствие подписей на ключевых документах. Вероятный исход: при последовательном опровержении фактического контроля — отказ в привлечении. Стратегия: Пленум №42 прямо указывает, что статус КДЛ доказывается через реальное влияние, а не через формальную связь; строить позицию на этом разграничении.

Сценарий 3. Исторический КДЛ: утратил статус более трёх лет до банкротства. Ситуация: лицо покинуло должность или вышло из состава участников до начала трёхлетнего периода, предшествующего возбуждению дела о банкротстве. Ключевые доказательства: дата выхода из органов управления или продажи доли, сведения ЕГРЮЛ, финансовое состояние компании на дату выхода. Вероятный исход: при установлении выхода за пределами трёхлетнего окна — отказ в привлечении по процессуальному основанию. Стратегия: немедленно заявить о выходе за пределы периода подозрительности; сочетать с возражением о сроке исковой давности по статье 61.14 Федерального закона о банкротстве.

Перечисленные сценарии показывают: Пленум №42 одновременно расширяет инструменты защиты и усиливает требования к доказательной базе. Выбрать оптимальную стратегию на основании текста статьи невозможно — каждый случай зависит от конкретных документов, хронологии и того, как управляющий сформулировал основания требования.

Что проверить КДЛ после Пленума №42: практический чек-лист

Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 изменил не только нормы, но и доказательственный стандарт. Перечень ниже помогает оценить готовность позиции до первого заседания.

Многие не знают, что отсутствие документального следа по принятым решениям — это не нейтральный факт. Суд нередко расценивает его как косвенное подтверждение того, что решение не было результатом взвешенного анализа. Восстановить такой след постфактум сложнее, чем сформировать заблаговременно.

Также важно понять различие между двумя стратегиями. Стратегия «опровергнуть статус КДЛ» означает, что вы доказываете: у вас не было фактической возможности влиять на должника. Стратегия «снизить размер» означает: вы не оспариваете влияние, но доказываете, что конкретные нарушения причинили кредиторам меньший вред, чем весь дефицит. Выбор между стратегиями зависит от документальной базы и того, насколько убедительны доказательства управляющего. Иногда обе стратегии применяются параллельно.

Подробный анализ инструментов защиты — в разделе аналитики по судебной практике. Дополнительно рекомендуем материалы по применению позиций ВС РФ для защиты КДЛ и превентивному документированию решений для BJR.