Как использовать позиции ВС по Пленум ВС 42 для защиты по изменениям Пленума ВС 42

Что именно изменил Пленум №42: структура поправок

Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 — это не самостоятельный документ, а поправочное постановление, которое изменило редакцию Пленума ВС РФ №53 от 21.12.2017. Оба постановления применяются как единый акт. Изменения затронули шесть блоков: Business Judgment Rule, расчёт размера ответственности, коллегиальные органы, мораторные проценты, наследники КДЛ и процессуальный статус прокурора.

Самое практически значимое изменение — разделение вопроса «является ли лицо КДЛ» и вопроса «в каком размере оно несёт ответственность». До Пленума №42 суды нередко рассматривали эти вопросы слитно: если статус КДЛ установлен — отвечает на всю сумму реестра. Теперь это два самостоятельных этапа, каждый требует отдельной доказательной базы.

Второе ключевое изменение — прямое закрепление Business Judgment Rule в банкротных делах. Суд не вправе оценивать деловую целесообразность решений КДЛ задним числом только потому, что компания впоследствии обанкротилась. Предпринимательский риск, санкционное давление, снижение спроса — всё это не образует вину по умолчанию. Для привлечения к ответственности кредитор или управляющий обязан доказать конкретное недобросовестное или неразумное поведение.

Третье изменение касается коллегиальных органов: ответственность каждого члена совета директоров, правления или иного коллегиального органа определяется индивидуально. Членство в органе, проголосовавшем за убыточное решение, само по себе не создаёт презумпцию ответственности — суд обязан исследовать конкретную роль каждого участника голосования.

Четвёртое изменение — мораторные проценты. С 23.12.2025 они включаются в базу для расчёта размера субсидиарной ответственности. Для крупных реестров это может увеличить итоговую сумму на 10–20%. КДЛ нужно учитывать этот фактор при оценке риска уже на предбанкротной стадии.

Business Judgment Rule в банкротстве: как применять в суде?

Business Judgment Rule (BJR) в банкротном деле — это принцип, согласно которому суд не оценивает деловую целесообразность конкретного решения КДЛ, если это решение принято добросовестно, в рамках разумного предпринимательского риска и без конфликта интересов. BJR закреплён в Пленуме ВАС РФ №62 от 30.07.2013 применительно к убыткам и теперь прямо распространён Пленумом №42 на субсидиарную ответственность по статье 61.11 Федерального закона о банкротстве.

Практически важно: само по себе то, что принятое решение оказалось ошибочным и компания впоследствии обанкротилась, недостаточно для привлечения к ответственности. Управляющий или кредитор обязан указать на конкретное нарушение — вывод активов, заключение заведомо убыточной сделки, намеренное уничтожение документов. Общая ссылка на «неэффективное управление» или «убыточную деятельность» BJR не преодолевает.

Ключевые элементы BJR-аргументации для КДЛ:

• Решение принималось на основе имевшейся на тот момент информации (не ретроспективной оценки).
• КДЛ не имел личной выгоды от сделки или решения, противоречащей интересам компании.
• Для принятия решения привлекались эксперты, юристы, финансовые советники — или это не требовалось по характеру вопроса.
• Решение соответствовало рыночным условиям, которые объективно ухудшились позднее (санкции, изменение спроса, отзыв лицензии контрагента).

Частая ошибка КДЛ: аргумент «я действовал в обычном деловом обороте» без документального подтверждения. BJR требует доказательств процесса принятия решения, а не только его результата. Протоколы совещаний, запросы на оценку, служебные записки, переписка с советниками — всё это формирует доказательную базу BJR-позиции.

На практике важно учитывать: BJR-аргументация наиболее эффективна на стадии рассмотрения заявления в первой инстанции. В апелляции суды ограничены переоценкой доказательств, поэтому позицию нужно выстраивать в судебных заседаниях первой инстанции, а не откладывать до обжалования.

Как снизить размер субсидиарной ответственности по новым правилам?

После Пленума №42 у КДЛ появился самостоятельный процессуальный инструмент: оспаривать не только сам факт привлечения, но и размер требования. Механизм работает так: КДЛ доказывает, что конкретное нарушение, которое ставит ему в вину управляющий, не стало причиной невозможности погашения части требований кредиторов — и суд обязан соразмерно уменьшить сумму взыскания. Это применимо к ответственности по статье 61.11 Федерального закона о банкротстве.

Два самостоятельных этапа защиты теперь выглядят так:

• Этап 1. Опровергнуть статус КДЛ — доказать, что лицо не контролировало должника по смыслу статьи 61.10. Если это удаётся — вопрос о размере снимается.
• Этап 2. Снизить размер — если статус КДЛ установлен, доказать отсутствие причинно-следственной связи между конкретными нарушениями и всей суммой реестра. Суд должен установить, какая часть требований не могла быть погашена именно вследствие действий КДЛ.

Неочевидный риск: без активной позиции по размеру суд не будет самостоятельно уменьшать сумму — инициатива должна исходить от КДЛ. Необходимо подготовить ходатайство о снижении размера с расчётом и доказательствами несвязанности нарушений с конкретной частью реестра.

Три года исковой давности по субсидиарной ответственности исчисляются с момента, когда кредитор узнал об основаниях требования (статья 61.14 Федерального закона о банкротстве). Суды нередко определяют этот момент в пользу кредитора — от даты введения конкурсного производства или публикации отчёта управляющего. Пропуск возражений на ранних стадиях сужает возможности по оспариванию как самого факта привлечения, так и размера требования.

Ответственность членов коллегиальных органов: как применяется принцип индивидуализации?

Пленум №42 прямо указал: ответственность члена совета директоров, правления или иного коллегиального органа управления определяется индивидуально. Само по себе членство в органе, принявшем решение, которое впоследствии оспаривается, не образует оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Федерального закона о банкротстве. Управляющий обязан доказать конкретную роль каждого члена органа.

Практически это означает три разных ситуации:

• Голосовал «за» по оспариваемому решению. Риск высокий, но BJR применим: если решение принималось добросовестно на основе имеющейся информации — одного факта голосования недостаточно.
• Голосовал «против» или воздержался. Это прямое процессуальное основание для отказа в привлечении к ответственности — при условии, что позиция зафиксирована в протоколе.
• Не присутствовал на заседании. Суд устанавливает, был ли член органа уведомлён надлежащим образом и имел ли возможность повлиять на решение. Формальное отсутствие без попытки оспорить решение снижает, но не исключает риск.

Многие не знают, что протокол заседания с зафиксированной позицией «против» является одним из самых сильных доказательств в деле о субсидиарной ответственности члена совета директоров. Если такой протокол утрачен или не был составлен — это самостоятельная проблема, которую нужно решать отдельно.

Мораторные проценты и наследники КДЛ: новые риски после Пленума №42

С 23.12.2025 мораторные проценты, начисленные в ходе процедуры банкротства, включаются в базу для расчёта размера субсидиарной ответственности. Это изменение критично для дел с длительными процедурами наблюдения или конкурсного производства: при ставке мораторных процентов, привязанной к ключевой ставке ЦБ РФ, итоговая сумма может увеличиться на несколько десятков миллионов рублей даже при относительно небольшом реестре.

Второй новый блок — ответственность наследников КДЛ. Пленум №42 разъяснил, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности может быть предъявлено к наследникам умершего КДЛ в пределах перешедшего к ним наследственного имущества. Это устраняет ранее существовавшую неопределённость и создаёт риски для семей бенефициаров и учредителей, которые не участвовали в управлении компанией.

Важно: суд должен устанавливать размер требования к каждому наследнику отдельно — пропорционально принятой доле наследства. Это означает, что наследник, принявший, например, 25% наследственного имущества, отвечает не на всю сумму субсидиарной ответственности, а в пределах стоимости перешедшего к нему имущества.

Типовые сценарии применения Пленума №42 в зависимости от роли КДЛ

Позиции Пленума №42 работают по-разному в зависимости от того, кто является ответчиком по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности. Ниже — три типовых сценария с анализом доказательной базы и стратегии.

Сценарий 1. Активный КДЛ: директор или учредитель, фактически управлявший компанией.
Ситуация: статус КДЛ очевиден, управляющий предъявляет требование на всю сумму реестра.
Ключевые доказательства: протоколы решений с обоснованием каждой сделки, заключения советников, переписка с кредиторами о реструктуризации, доказательства добросовестных попыток предотвратить банкротство.
Вероятный исход: при наличии BJR-доказательной базы — снижение размера по Пленуму №42 вместо привлечения на полную сумму.
Стратегия: не отрицать факт управления, акцент на добросовестности процесса принятия решений и отсутствии конфликта интересов. Параллельно — ходатайство о снижении размера по каждому вменяемому нарушению отдельно.

Сценарий 2. Пассивный КДЛ: формально связан с компанией, реального влияния не имел.
Ситуация: управляющий устанавливает статус КДЛ через долю участия или выгодоприобретательство по сделкам (статья 61.10 Федерального закона о банкротстве), при этом лицо не участвовало в оперативном управлении.
Ключевые доказательства: отсутствие права подписи на расчётных счетах, отсутствие трудового договора с полномочиями руководителя, доказательства того, что сделки совершались без участия данного лица.
Вероятный исход: при достаточной доказательной базе — отказ в признании КДЛ и прекращение производства по заявлению.
Стратегия: опровергнуть каждую из презумпций контроля по статье 61.10 применительно к конкретным вменяемым нарушениям; BJR задействуется как дополнительный инструмент на случай, если суд частично признаёт контроль.

Сценарий 3. Исторический КДЛ: утратил статус более трёх лет до возбуждения дела о банкротстве.
Ситуация: управляющий пытается привлечь лицо, которое фактически перестало контролировать должника задолго до банкротства.
Ключевые доказательства: дата выхода из состава участников или увольнения с должности руководителя, отсутствие сделок с участием данного лица в трёхлетний период, решения корпоративных органов о смене руководства.
Вероятный исход: отказ в привлечении при доказанности выхода из-под контроля более чем за три года до возбуждения дела.
Стратегия: установить точную дату утраты статуса КДЛ; при расчёте трёхлетнего периода использовать дату вынесения определения о принятии заявления о банкротстве к производству, а не дату введения конкурсного производства.

Выбор между этими стратегиями — или их комбинацией — определяется конкретными обстоятельствами дела. Ошибка в выборе линии защиты на ранних стадиях сужает возможности в апелляции и кассации.

Как применяются позиции Пленума №42 в делах, возбуждённых до 23.12.2025?

Один из самых частых аргументов против применения Пленума №42 — «дело началось раньше, новые правила не применяются». Это неверно. Пленум ВС РФ №42 изменил толкование норм Пленума №53, которые действовали и прежде. Суд обязан применять актуальное толкование правовых норм независимо от даты возбуждения дела о банкротстве.

Это особенно важно для двух инструментов: BJR и снижения размера ответственности. Оба механизма не являются новыми нормами права — они являются уточнением того, как суд должен был применять статью 61.11 всегда. Следовательно, ссылаться на них можно в делах любой давности, в том числе в апелляции и кассации по делам, где первая инстанция выносила решение до 23.12.2025.

Объём аналитики по субсидиарной ответственности и судебной практике по Пленуму №42 продолжает формироваться: первые определения арбитражных судов округов со ссылками на обновлённый Пленум №53 появились уже в январе-феврале 2026 года. Для актуальных позиций по конкретным округам см. раздел судебной практики на сайте.

Неочевидный риск для КДЛ, который считает позиции нового Пленума выгодными: управляющие и кредиторы также адаптируют свои заявления под обновлённый стандарт доказывания. Это означает более детализированное изложение оснований и прямые указания на конкретные нарушения вместо общих ссылок на убыточность. Стратегия защиты должна строиться с учётом этой адаптации.

Направления практики по теме

• Защита КДЛ от субсидиарной ответственности — анализ оснований, возражения, BJR-аргументация, снижение размера
• Кейсы по субсидиарной ответственности — результаты защиты в арбитражных судах разных округов