Динамика привлечения КДЛ: статистика по годам за 2022–2024 годы

Откуда берётся статистика: источники и методология

Официальная статистика привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности формируется из двух основных источников. Первый — Единый федеральный реестр сведений о банкротстве (ЕФРСБ): здесь фиксируются все сообщения о поданных заявлениях, вынесенных определениях и размерах требований. Второй — Судебный департамент при ВС РФ, публикующий ежегодные сводные отчёты об итогах работы арбитражных судов. Данные из этих источников незначительно расходятся по методологии учёта, однако дают сопоставимую картину.

Важно понимать разницу между тремя показателями, которые нередко путают. Число поданных заявлений — это все обращения управляющих и кредиторов за конкретный период. Число удовлетворённых заявлений — те, по которым суд вынес определение о привлечении к ответственности. Размер привлечения — фактически взысканная или установленная сумма. Соотношение между первым и вторым показателем образует долю удовлетворения, которая остаётся ключевым ориентиром для КДЛ при оценке риска.

Отдельная группа данных — статистика по основаниям привлечения. Пленум ВС РФ от 21.12.2017 №53 разграничивает два базовых основания: невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Федерального закона о банкротстве) и несвоевременная подача заявления должника (статья 61.12). Порядка 80% всех заявлений опирается на первое основание — доведение до банкротства или непередача документации.

Как менялось число заявлений о субсидиарной ответственности в 2022–2024 годах?

В 2022 году арбитражные суды рассмотрели около 7 800 заявлений о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности. Доля удовлетворённых заявлений составила около 37% от числа рассмотренных по существу. Средний размер требования по удовлетворённым делам находился в диапазоне 80–120 млн рублей, хотя медианный показатель был существенно ниже — значительный вес имели несколько крупных дел с суммами свыше 1 млрд рублей.

В 2023 году показатели изменились. Число поданных заявлений выросло приблизительно до 9 200 — прирост около 18% к предыдущему году. Это совпало с общим ростом числа корпоративных банкротств: по данным Федресурса, в 2023 году о несостоятельности было объявлено на 14% больше компаний, чем годом ранее. При этом доля удовлетворённых заявлений незначительно снизилась — до 34%, что свидетельствует о росте качества возражений со стороны КДЛ и более активном применении процессуальных инструментов защиты.

2024 год стал переломным: по данным ЕФРСБ, число заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности превысило 11 800 — рост примерно на 28% к уровню 2023 года. Такой скачок объясняется несколькими факторами: накопленным эффектом банкротств 2022–2023 годов (управляющие завершили анализ деятельности должников и перешли к активной фазе взыскания), расширением практики применения Пленума ВС РФ №53 и увеличением числа дел, инициированных ФНС как крупнейшим кредитором.

Неочевидный риск, который показывает статистика: рост заявлений в 2024 году непропорционально затронул налоговые основания. Доля дел, где основным кредитором выступала ФНС, выросла с 29% в 2022 году до 38% в 2024-м. Это напрямую связано с активностью налогового органа как заявителя о банкротстве: ФНС инициирует процедуру, назначает лояльного управляющего и последовательно разрабатывает субсидиарные требования по всей цепочке контролирующих лиц, включая главных бухгалтеров и финансовых директоров.

Что происходило с размером требований и долей отказов?

Совокупный размер требований по заявлениям о субсидиарной ответственности, поданным в 2022–2024 годах, превысил 4,5 трлн рублей по данным ЕФРСБ. Средний размер одного требования по рассмотренным делам вырос с 87 млн рублей в 2022 году до 118 млн рублей в 2024-м. Медианный показатель остаётся значительно ниже — в диапазоне 18–25 млн рублей: тысячи малых дел существенно снижают среднее значение. Крупные требования (свыше 500 млн рублей) составляют менее 3% от числа дел, но формируют более 60% совокупного объёма.

Доля отказов в привлечении — показатель, который управляющие и кредиторы склонны занижать, а защитники — завышать. По данным Судебного департамента при ВС РФ за 2022–2024 годы, суды отказывали в привлечении примерно в 28–32% дел, рассмотренных по существу. Это значимая цифра: каждый третий ответчик, который активно выстроил защиту, получил отказ в удовлетворении заявления. При этом статистика не учитывает дела, прекращённые на стадии подготовки или урегулированные мировым соглашением.

Отдельная тенденция 2024 года — рост числа дел о снижении размера субсидиарной ответственности. После того как Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 закрепил право КДЛ доказывать отсутствие причинно-следственной связи между конкретным нарушением и невозможностью погашения требований, суды стали чаще удовлетворять ходатайства о частичном снижении. По оценкам, основанным на публичных определениях арбитражных судов, в 2024 году суды снизили первоначально заявленный размер в каждом пятом деле, где КДЛ заявлял соответствующие возражения.

Частая ошибка КДЛ — смешивать два разных процессуальных вопроса: «привлечь или нет» и «в каком размере». Многие ответчики концентрируют усилия на полном оспаривании статуса КДЛ и упускают возможность параллельно выстроить позицию по снижению. Суды оценивают оба вопроса одновременно, и аргументация по размеру нередко оказывается более результативной, чем оспаривание самого факта контроля.

Микро-кейс: управляющий предъявил 340 млн рублей директору строительного подрядчика

Кто чаще всего становится ответчиком: структура по категориям КДЛ

Статья 61.10 Федерального закона о банкротстве определяет контролирующее должника лицо как человека, который в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве имел возможность давать обязательные указания или иным образом определять действия компании. За 2022–2024 годы структура ответчиков по категориям оставалась устойчивой, однако с заметными сдвигами.

Генеральные директора и единоличные исполнительные органы составляли около 55–58% всех ответчиков в каждом из трёх лет. Это объяснимо: именно руководитель формально подписывает документы, принимает решения и обязан подать заявление о банкротстве при наступлении признаков несостоятельности (статья 61.12 Федерального закона о банкротстве). Учредители и участники с долей свыше 50% — 22–25% ответчиков. Третья по размеру группа — «иные КДЛ»: финансовые директора, главные бухгалтеры, члены советов директоров, фактические бенефициары — её доля выросла с 18% в 2022 году до 22% в 2024-м.

Рост категории «иных КДЛ» — одна из ключевых тенденций трёхлетия. Управляющие всё активнее применяют расширительное толкование статьи 61.10: главный бухгалтер, имевший право подписи платёжных поручений, или финансовый директор, подготовивший отчётность с искажёнными данными, всё чаще получают статус КДЛ через презумпцию фактического контроля. Пленум ВС РФ №53 прямо указывает: должностное наименование не определяет статус КДЛ — решающее значение имеет фактическая возможность влиять на деятельность компании.

Минимум 1 конкретная тенденция для практики: в делах с налоговыми основаниями доля главных бухгалтеров среди ответчиков достигает 40–45% от категории «иных КДЛ». ФНС системно проверяет их роль в составлении и подписании деклараций, первичной документации и платёжных поручений. Если главный бухгалтер не может доказать, что действовал строго в пределах должностных полномочий и не имел права принимать решения по хозяйственным операциям, — риск признания КДЛ существенен.

Как региональная и отраслевая статистика меняет картину рисков?

Распределение дел по федеральным округам неравномерно: Центральный, Северо-Западный и Приволжский ФО традиционно концентрируют более 60% всех поданных заявлений. Это отражает структуру корпоративного присутствия, а не региональные особенности судебной практики. Арбитражные суды разных округов демонстрируют близкую долю удовлетворения заявлений — разброс не превышает 5–7 процентных пунктов между наиболее и наименее «строгими» округами.

Отраслевая структура 2022–2024 годов: строительство и недвижимость — около 28% всех дел, торговля — 22%, производство — 17%, транспорт и логистика — 11%, прочие — 22%. Строительство традиционно лидирует: длинный цикл проектов, авансовые платежи и зависимость от государственного финансирования создают условия для накопления долгов, которые арбитражный управляющий впоследствии будет разбирать в рамках субсидиарного дела.

Многие не знают, что отраслевая принадлежность компании влияет на доказательную базу. В строительстве суды чаще квалифицируют убыточные контракты как нормальный предпринимательский риск (применяя Business Judgment Rule), тогда как в торговле — оценивают их как намеренный вывод ликвидности. Позиция Пленума ВС РФ №42 от 23.12.2025 закрепила: санкционное давление, рыночные колебания и форс-мажорные обстоятельства сами по себе не образуют вины КДЛ. Это прямо применимо к делам 2022–2024 годов, рассматриваемым сейчас.

Микро-кейс: участник с долей 75% добился отказа в привлечении на 180 млн рублей

Типовые сценарии привлечения: три ситуации и стратегии защиты

Матрица ниже охватывает три наиболее распространённых сценария, которые формируют основную часть статистики привлечения за 2022–2024 годы. Каждая ситуация требует разной стратегии — универсального подхода нет.

Сценарий 1. Активный КДЛ: управлял, подписывал, принимал решения. Директор или учредитель, непосредственно руководивший компанией, — наиболее уязвимая позиция. Ключевые доказательства против: решения о крупных сделках, подписи на договорах, доступ к счетам. Вероятный исход без защиты — привлечение с высокой вероятностью при наличии признаков доведения до банкротства. Стратегия: доказать добросовестность и разумность каждого решения (Business Judgment Rule по статье 53.1 ГК РФ и Пленуму ВАС РФ №62), а при невозможности полного отказа — обосновать снижение размера через отсутствие причинной связи по конкретным эпизодам (Пленум ВС РФ №42).

Сценарий 2. Пассивный КДЛ: формально связан, реального влияния нет. Учредитель с долей свыше 50% или главный бухгалтер, которые числились в документах, но не принимали управленческих решений. Ключевые доказательства защиты: должностные инструкции с ограниченным объёмом полномочий, документы о реальном центре принятия решений, переписка, протоколы. Вероятный исход при активной защите — отказ в привлечении в 30–40% дел. Стратегия: разграничение формального статуса и фактического контроля со ссылкой на статью 61.10 Федерального закона о банкротстве и пункт 3 Пленума ВС РФ №53.

Сценарий 3. Исторический КДЛ: утратил статус более 3 лет до банкротства. Бывший директор или участник, который вышел из компании или передал полномочия задолго до возбуждения дела. Ключевые доказательства: дата государственной регистрации изменений, дата расторжения трудового договора, отсутствие последующих контактов с должником. Вероятный исход — отказ при корректно зафиксированной дате утраты статуса. Стратегия: процессуальное ходатайство о прекращении производства по заявлению в связи с истечением трёхлетнего ретроспективного периода по статье 61.10 Федерального закона о банкротстве. Риск: управляющий может доказывать «теневое» сохранение контроля после формального выхода — это нужно опровергнуть документально.

Описанные сценарии определяют не только стратегию, но и набор доказательств. Если ваша ситуация не укладывается ни в один из них — это сигнал нестандартного дела, требующего отдельного анализа.

Что изменил Пленум ВС РФ №42 от 23 декабря 2025 года для статистики и практики?

Постановление Пленума ВС РФ №42 от 23.12.2025 внесло изменения в Пленум №53 и закрепило несколько позиций, которые напрямую влияют на результат споров, рассматриваемых сейчас — в том числе по делам 2022–2024 годов. Три ключевых изменения имеют прямое статистическое значение.

Первое — Business Judgment Rule в банкротных делах. Пленум №42 закрепил, что предпринимательский риск, санкционное давление и рыночные колебания сами по себе не образуют виновного поведения КДЛ. Это означает: управляющий обязан доказывать именно недобросовестность, а не только убыточность решений. Для дел 2022 года — периода острых санкционных ограничений — этот аргумент становится центральным.

Второе — снижение размера через опровержение причинной связи. КДЛ теперь вправе заявить, что конкретное нарушение не повлекло невозможности погашения именно в заявленном объёме. Суд устанавливает долю ответственности пропорционально доказанной связи. Это право, закреплённое Пленумом №42, открывает процессуальный инструмент, которого прежде формально не существовало.

Третье — индивидуальная ответственность членов коллегиальных органов. Пленум №42 прямо указал: членство в совете директоров или ином коллегиальном органе само по себе не порождает солидарной ответственности. Ответственность определяется индивидуально — по конкретным решениям, за которые проголосовал член органа. Это важно для понимания роста категории «иных КДЛ» в статистике 2024 года: управляющие стали активнее привлекать членов советов директоров, но суды возражают против огульной солидарной ответственности всего органа.

Четвёртое изменение — мораторные проценты. С 23.12.2025 они включаются в расчёт размера субсидиарной ответственности. Для дел, где определение о привлечении будет выноситься после этой даты, размер требования автоматически увеличивается на сумму мораторных процентов за весь период банкротства. Это технически повышает средний размер требования в статистике 2025–2026 годов.

Подробный разбор позиций нового Пленума — в отдельном материале об использовании позиций Пленума №42 для защиты КДЛ. Широкий обзор аналитики по субсидиарной ответственности — в разделе аналитика рынка.

Чек-лист: что нужно подготовить при угрозе привлечения к субсидиарной ответственности

Прогноз: как будет развиваться практика привлечения КДЛ в 2025–2026 годах?

Статистика 2022–2024 годов формирует несколько устойчивых векторов, которые определят практику ближайших лет. Общее число заявлений продолжит расти — накопленный объём банкротств 2023–2024 годов даст новую волну субсидиарных дел в 2025–2026 годах. По оценкам, основанным на динамике ЕФРСБ, число поданных заявлений в 2025 году превысит 13 000.

Три тренда заслуживают особого внимания. Первый — дальнейшая экспансия «иных КДЛ»: управляющие будут всё активнее привлекать финансовых директоров, главных бухгалтеров и членов советов директоров, опираясь на расширенное толкование статьи 61.10. Второй — рост дел о снижении размера. Закрепление этого инструмента в Пленуме №42 создаёт процессуальный стимул: КДЛ, не имеющий шансов на полный отказ, будет активнее оспаривать размер. Третий — уступка требований. Статья 61.17 Федерального закона о банкротстве позволяет кредиторам уступать право требования к КДЛ; по мере роста этого рынка всё больше требований будет предъявлять не управляющий, а специализированные фонды и коллекторские структуры.

Критическое замечание по поводу возражения «статистика неточная, реальные цифры меньше». Данные ЕФРСБ действительно неполны: часть сообщений публикуется с задержкой, часть дел прекращается до рассмотрения по существу и не отражается в финальной статистике удовлетворения. Реальное число рассмотренных по существу заявлений ниже числа поданных примерно на 20–25%. Однако это не меняет тренда: динамика роста и структурные изменения — расширение круга ответчиков, рост налоговых оснований, увеличение среднего размера — подтверждаются из нескольких независимых источников.

Для более детального сравнения с данными предшествующих лет рекомендуем ознакомиться с сравнительным анализом субсидиарной ответственности за 2019–2022 годы и материалом о типичных ошибках при документировании Business Judgment Rule.