Позиции ВС РФ по субсидиарке: индивидуализация ответственности при разграничении ответственности КДЛ

Что такое индивидуализация и в какой норме она закреплена?

Механизм индивидуализации субсидиарной ответственности закреплён в пункте 11 статьи 61.11 Федерального закона о банкротстве. Норма позволяет суду определить размер ответственности каждого КДЛ в части, соответствующей тому вреду, который причинило именно его поведение. По умолчанию несколько КДЛ несут солидарную ответственность, однако суд вправе — а после Пленума ВС РФ №42 обязан при наличии соответствующего ходатайства — разграничить эту ответственность.

Контролирующее должника лицо (КДЛ) — лицо, которое в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве могло давать обязательные указания или иным образом определять действия компании (статья 61.10 Федерального закона о банкротстве). К КДЛ относятся директор, участник с долей свыше 50%, фактический руководитель и выгодоприобретатель по крупным сделкам.

До Пленума №42 суды трактовали механизм индивидуализации ограничительно: при нескольких КДЛ солидарная ответственность почти автоматически распространялась на каждого. Пленум №42 изменил подход: суд теперь обязан проверить, чьи конкретно действия и в какой мере привели к тому, что требования кредиторов остались непогашенными. Это открыло новое направление защиты — не только оспаривать статус КДЛ целиком, но и ограничивать размер требования.

Ключевое следствие: КДЛ, доказавший, что его нарушения затронули лишь часть реестра (например, конкретный круг сделок или определённый период управления), вправе рассчитывать на ответственность в пределах этой части, а не на весь объём непогашенных требований.

Как работает механизм снижения размера по Пленуму ВС РФ №42?

Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 уточнил порядок применения пункта 11 статьи 61.11 Федерального закона о банкротстве: КДЛ вправе доказывать отсутствие причинно-следственной связи между конкретным вменяемым нарушением и полным объёмом непогашенных требований. Суд обязан установить этот вопрос при наличии ходатайства. Результат — ответственность в доле, а не в полном размере реестра.

Механизм состоит из трёх последовательных шагов:

• Шаг 1. Установление состава нарушения. Суд проверяет, совершил ли КДЛ действия (бездействие), охватываемые основаниями статьи 61.11, — например, одобрил убыточные сделки, не передал документацию, создал искусственную задолженность.
• Шаг 2. Оценка причинно-следственной связи. Суд выясняет, привело ли именно это нарушение к тому, что кредиторы не получили удовлетворения. КДЛ вправе представить доказательства того, что иные факторы — рыночные условия, действия других лиц, объективное банкротство без его участия — в большей степени обусловили дефицит конкурсной массы.
• Шаг 3. Определение доли ответственности. Установив, что нарушение KDЛ покрывает лишь часть непогашенных требований, суд фиксирует размер — в рублях или в процентах от реестра.

Важная деталь: инициировать индивидуализацию должен сам КДЛ — подать ходатайство, приложить расчёт и доказательную базу. Суд не обязан применять механизм по умолчанию в отсутствие соответствующего процессуального заявления.

Из практики: в деле о банкротстве производственной компании (Уральский ФО, осень 2024) арбитражный управляющий предъявил двум КДЛ — директору и мажоритарному участнику — солидарное требование свыше 152 млн рублей. Директор подал ходатайство об индивидуализации, представил анализ сделок, показав, что одобренные им операции затронули реестр в пределах 3 млн рублей. Суд удовлетворил ходатайство: ответственность директора составила около 3 млн рублей, участника — оставшаяся сумма. Снижение в 50 раз — результат применения пункта 11 статьи 61.11 при наличии сформированной доказательной базы.

Ключевые позиции ВС РФ по индивидуализации: что говорит Пленум №53 в редакции №42

Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 в редакции, внесённой Пленумом от 23.12.2025 №42, содержит несколько принципиальных позиций, непосредственно влияющих на практику индивидуализации ответственности КДЛ. Ниже — справочный разбор каждой из них.

Позиция 1. Разграничение вины нескольких КДЛ

Если к субсидиарной ответственности привлекается несколько КДЛ, суд при наличии ходатайства хотя бы одного из них обязан исследовать, каков реальный вклад каждого в причинение вреда кредиторам. Солидарная ответственность сохраняется лишь в части, где такое разграничение невозможно. Данная позиция исходит из общеправового принципа: каждый отвечает за свои действия.

Позиция 2. Снижение размера при частичной причинно-следственной связи

КДЛ, которому предъявлено несколько оснований привлечения, вправе опровергнуть причинно-следственную связь по отдельным эпизодам — и тем самым исключить их из расчёта своей доли. Пленум №42 прямо указал: установление нарушения и установление полного объёма ответственности — две самостоятельные стадии; первая не предопределяет вторую.

Позиция 3. Предпринимательский риск как опровержение вины

Санкционное давление, рыночные колебания, форс-мажорные обстоятельства сами по себе не образуют вины КДЛ. Суд обязан учесть, что решения, признанные убыточными post factum, могли быть разумными на момент принятия (Business Judgment Rule, закреплённый в пункте 1 Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62). При банкротстве это означает: директор, доказавший, что действовал в пределах стандартной деловой практики и условия рынка деградировали независимо от его решений, вправе опровергнуть причинно-следственную связь полностью или в значительной части.

Позиция 4. Ответственность членов коллегиальных органов

Пленум №42 специально выделил правило для членов советов директоров и иных коллегиальных органов: одно только членство в органе не приравнивается к соучастию в причинении вреда. Ответственность каждого члена определяется индивидуально — исходя из того, голосовал ли он за оспариваемое решение, воздерживался или голосовал против, а также принимал ли меры для предотвращения вреда.

Позиция 5. Мораторные проценты в расчёте размера

С 23.12.2025 мораторные проценты, начисленные в ходе процедуры банкротства, включаются в итоговый размер субсидиарной ответственности. Это увеличивает финансовый риск КДЛ: при длительной процедуре сумма требования продолжает расти. Понимание этого механизма принципиально при оценке экономики спора — особенно при принятии решения о выкупе права требования.

На практике применение этих позиций требует точной квалификации каждого эпизода ещё до подачи отзыва. Ошибка в выборе стратегии — «отрицать всё» против «снизить через причинно-следственную связь» — нередко определяет итог дела. Подробнее о методике применения позиций ВС РФ в конкретных случаях читайте в статье «Как использовать позиции ВС по индивидуализации для защиты КДЛ».

Разграничение оснований: когда применяется каждая норма?

Корректная квалификация основания привлечения определяет выбор стратегии. Статьи 61.11 и 61.12 Федерального закона о банкротстве закрепляют принципиально разные составы — с разными элементами защиты.

Статья 61.11 — невозможность погашения требований

Основание: действия (бездействие) КДЛ повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов. Бремя доказывания распределено так: управляющий доказывает нарушение и причинно-следственную связь; КДЛ вправе опровергнуть связь или доказать добросовестность. Именно к этой норме применяется механизм индивидуализации по пункту 11.

Статья 61.12 — несвоевременная подача заявления о банкротстве

Основание: руководитель не подал в суд заявление о признании компании банкротом в течение месяца с момента возникновения признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества. Размер ответственности по этой норме ограничен обязательствами, возникшими после истечения срока подачи заявления. Это существенно меньше полного реестра — защита строится через установление точного момента возникновения обязанности подать заявление.

Статья 61.20 — взыскание убытков

Взыскание убытков в деле о банкротстве по правилам статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ — альтернатива субсидиарной ответственности. Размер определяется конкретным ущербом от конкретного действия, а не объёмом всего непогашенного реестра. На практике убытки по статье 61.20 могут быть значительно меньше суммы по статье 61.11 — это инструмент переквалификации требования в интересах КДЛ.

Типичная ошибка КДЛ — не анализировать, по какой именно норме и на каком основании предъявлено требование. Управляющий нередко смешивает основания в одном заявлении: часть эпизодов подпадает под статью 61.11, часть — под 61.12. Разграничение позволяет сузить сумму по каждому основанию и получить итог, существенно ниже первоначального требования.

Подробнее о типичных ошибках при разграничении оснований — в материале «Типичные ошибки КДЛ при разграничении оснований субсидиарной ответственности».

Актуальную практику арбитражных судов округов по теме индивидуализации и разграничения КДЛ см. в разделе аналитики по судебной практике.

Типовые ситуации: три сценария разграничения ответственности

Ниже — матрица сценариев для контролирующих должника лиц с разными ролями в компании. Сценарии охватывают наиболее частые ситуации, которые встречаются в арбитражной практике по делам о субсидиарной ответственности.

Сценарий 1. Активный КДЛ — управлял, подписывал, принимал решения

Ситуация: директор или мажоритарный участник принимал ключевые хозяйственные решения, подписывал договоры, распоряжался расчётными счетами. Управляющий заявляет его единственным или основным КДЛ, требование — на весь реестр.

Ключевые доказательства: протоколы органов управления, первичная документация, банковские выписки с подписью КДЛ, деловая переписка.

Вероятный исход: при отсутствии защитной позиции — солидарная ответственность на полный размер непогашенных требований кредиторов, включая мораторные проценты.

Стратегия: не оспаривать статус КДЛ (это бесперспективно при очевидной доказательной базе), а применить механизм индивидуализации по пункту 11 статьи 61.11 — разграничить эпизоды, по которым есть причинно-следственная связь, от эпизодов, где её нет. Цель — снизить размер с полного реестра до суммы, реально соответствующей вредоносным действиям.

Сценарий 2. Пассивный КДЛ — формально связан, реального влияния нет

Ситуация: участник с долей свыше 50% не участвовал в операционном управлении, решения корпоративных органов принимались формально, фактически компанией руководило другое лицо. Управляющий включает пассивного участника в состав КДЛ солидарно с активным директором.

Ключевые доказательства: протоколы общих собраний с минимальным числом реально принятых решений, переписка, подтверждающая делегирование полномочий, трудовые документы, отсутствие подписи на хозяйственных договорах.

Вероятный исход: при наличии доказательной базы — отказ в привлечении к субсидиарной ответственности либо снижение до суммы, соответствующей конкретным одобренным решениям, повлёкшим вред.

Стратегия: первичная цель — опровергнуть статус КДЛ через доказательство отсутствия фактического контроля (статья 61.10 Федерального закона о банкротстве). Если суд устанавливает статус — переходить к индивидуализации: доказать, что действия пассивного участника не охватывают весь объём вреда. Размер ответственности существенно ниже, чем у активного КДЛ.

Сценарий 3. Исторический КДЛ — утратил статус более трёх лет до банкротства

Ситуация: бывший директор или участник утратил статус КДЛ (уволен, вышел из состава участников, продал долю) более трёх лет до возбуждения дела о банкротстве. Управляющий тем не менее включает его в состав ответчиков, ссылаясь на сделки, совершённые в период контроля.

Ключевые доказательства: документы об увольнении, выходе из состава участников, регистрационные данные ЕГРЮЛ, расчёт трёхлетнего периода до даты возбуждения дела по данным ЕФРСБ.

Вероятный исход: при правильно выстроенной позиции — отказ в привлечении, поскольку период контроля находится за пределами временного окна статьи 61.10. Если управляющий доказывает, что влияние фактически сохранялось — смотри сценарий 1 или 2.

Стратегия: приоритетный довод — выход за трёхлетний период. Дополнительный — отсутствие фактического контроля в оспариваемый период даже при формальном наличии полномочий. Сумма требования при успешной защите: ноль.

После анализа своего сценария следующий шаг — сформировать доказательную базу по каждому эпизоду до первого судебного заседания. Чем раньше выстроена позиция, тем шире возможности в апелляции и кассации.

Что подготовить для применения механизма индивидуализации?

Применение механизма индивидуализации требует заблаговременной подготовки. Суд не снижает размер автоматически — КДЛ должен представить обоснованное ходатайство с доказательной базой. Ниже — практический перечень того, что необходимо собрать.

Ошибка, которую допускают многие: собирать документы уже после первого судебного заседания. Суд устанавливает факты в первой инстанции; то, что не было заявлено как довод и подкреплено доказательствами здесь, крайне сложно ввести в апелляции.

Подробнее об аудите рисков и документировании бизнес-решений как инструменте превентивной защиты — в материале «Аудит рисков субсидиарки: Business Judgment Rule и документирование».

Второй кейс из практики: в деле о банкротстве торговой компании (Северо-Западный ФО, весна 2025) управляющий заявил два основания привлечения финансового директора — одобрение убыточных сделок и непередача документов. По первому основанию КДЛ представил расчёт, подтверждённый аудиторским заключением: сделки затронули реестр в пределах 8 млн рублей из заявленных 60 млн. По второму — доказал отсутствие у финансового директора полномочий по хранению первичной документации согласно должностной инструкции. Суд снизил требование с 60 до 8 млн рублей и отказал во втором основании.