Отраслевая аналитика субсидиарки: статистика по годам по данным Судебного департамента

Почему статистика субсидиарки растёт: ключевые факторы

Число заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в арбитражных судах России планомерно увеличивается с 2017 года — с момента вступления в силу главы III.2 Федерального закона о банкротстве (статьи 61.10–61.22). По данным ЕФРСБ, только за 2024 год в реестре было размещено свыше 11 500 соответствующих сообщений — против примерно 9 000 в 2023 году. Рост на 28% за один год — это не выброс, а продолжение тенденции.

Три структурных фактора объясняют эту динамику.

Первый — расширение круга лиц, признаваемых КДЛ. Статья 61.10 Федерального закона о банкротстве позволяет привлекать не только директора и участника с долей более 50%, но и любого, кто фактически определял действия компании: главного бухгалтера, члена совета директоров, конечного бенефициара по цепочке владения, выгодоприобретателя по сделкам. Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 (в редакции Постановления Пленума ВС РФ от 23.12.2025 №42) закрепило широкое толкование фактического контроля.

Второй фактор — активизация ФНС России как кредитора. Налоговая служба инициирует значительную долю банкротств и последовательно добивается привлечения контролирующих лиц там, где налоговый долг формирует более 50% реестра. По данным ФНС за 2024 год, ведомство выступает кредитором в каждом четвёртом деле о несостоятельности юридических лиц.

Третий фактор — накопленная судебная практика. Чем более предсказуемыми становятся стандарты доказывания, тем чаще арбитражные управляющие и кредиторы подают заявления: понятен порог, который нужно преодолеть. Это увеличивает и общее число дел, и число обоснованных отказов в привлечении.

Как менялась динамика заявлений о субсидиарной ответственности в 2021–2024 годах?

По сводным данным Судебного департамента при Верховном суде РФ и сообщений ЕФРСБ, количество заявлений о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности нарастало следующим образом: в 2021 году — около 7 200 заявлений, в 2022 году — около 7 900, в 2023 году — около 9 000, в 2024 году — свыше 11 500. Совокупный прирост за четыре года превысил 59%.

Важно разграничивать два показателя, которые нередко смешивают: число поданных заявлений и число дел, по которым вынесено определение о привлечении. Разрыв между этими цифрами — около 30–35% — отражает как естественное выбытие дел (мировые соглашения, прекращение производства), так и успешную защиту КДЛ на стадии рассмотрения заявления.

По данным Судебного департамента, в 2023 году арбитражные суды первой инстанции рассмотрели по существу около 6 800 заявлений о субсидиарной ответственности. Из них удовлетворено — около 4 700 (примерно 69%), отказано — около 2 100 (около 31%). Это значит: грамотно выстроенная защита позволяет добиться отказа примерно в каждом третьем деле, дошедшем до судебного акта.

Неочевидный риск, о котором многие не знают: подача заявления в суд — это не конец истории. Управляющий вправе подать заявление повторно на новых основаниях, если обнаружит дополнительные обстоятельства. Поэтому отказ в одном производстве не исключает нового заявления по другому эпизоду деятельности должника.

Каков средний размер субсидиарной ответственности и что на него влияет?

Средний размер требования по субсидиарной ответственности, удовлетворённого судами в 2023–2024 годах, составил, по расчётам на основе данных ЕФРСБ, от 35 до 55 миллионов рублей на одно дело. Медианное значение существенно ниже среднего — около 12–15 миллионов рублей, поскольку единичные дела с задолженностью в несколько миллиардов смещают среднее вверх.

Размер субсидиарной ответственности по статье 61.11 Федерального закона о банкротстве по общему правилу равен разнице между совокупным размером требований кредиторов и денежными средствами, вырученными от реализации конкурсной массы. Иными словами, КДЛ отвечает за весь непогашенный остаток реестра.

После принятия Постановления Пленума ВС РФ от 23.12.2025 №42 появился инструмент снижения этого размера. Суд вправе уменьшить сумму, если КДЛ докажет: конкретное нарушение, которое ему вменяется, не стало причиной всей суммы требований — а лишь её части. Это принципиальный сдвиг: раньше суды взыскивали полный непогашенный остаток, теперь возможна дифференциация по эпизодам.

С 23 декабря 2025 года в размер субсидиарной ответственности включаются мораторные проценты. При многолетних делах о банкротстве это может увеличивать итоговую сумму на 10–20% сверх основного долга. Этот фактор стоит учитывать при оценке личного риска заранее — ещё до вынесения определения о взыскании.

На практике важно учитывать следующее: если управляющий подаёт заявление одновременно к нескольким КДЛ, ответственность является солидарной. Это означает: кредитор вправе предъявить требование к любому из ответчиков на полную сумму — а тот, кто заплатил, получает право регрессного требования к остальным. Для директора, действовавшего в интересах учредителя, это риск оплатить чужое решение.

Что статистика говорит о шансах защиты: отказы по основаниям

Примерно 31% заявлений о субсидиарной ответственности, рассмотренных арбитражными судами по существу в 2023 году, завершились отказом. Структура оснований отказа по данным судебной практики выглядит следующим образом.

Наиболее распространённое основание отказа — опровержение статуса КДЛ. Заявитель не доказал, что ответчик в трёхлетний период до возбуждения дела о банкротстве имел возможность давать обязательные указания либо иным образом определять действия компании (статья 61.10 Федерального закона о банкротстве). По экспертным оценкам, этот аргумент обеспечивает отказ примерно в 40% дел, где суд не удовлетворил требование.

Второе по частоте основание — недоказанность причинно-следственной связи. Управляющий установил, что КДЛ совершил сделки или принял решения, но не доказал, что именно они стали причиной невозможности погасить требования кредиторов. Business Judgment Rule, закреплённый Постановлением Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 и подтверждённый Пленумом ВС РФ №42 применительно к банкротным делам, прямо указывает: предпринимательский риск, санкционное давление, рыночные колебания сами по себе не образуют вины КДЛ.

Третье основание — пропуск срока исковой давности. Трёхлетний субъективный срок по статье 61.14 Федерального закона о банкротстве исчисляется с момента, когда кредитор узнал или должен был узнать об основаниях. В делах с длительным конкурсным производством этот аргумент срабатывает реже, но в производствах, возбуждённых по упрощённой процедуре, — значительно чаще.

Многие не знают: ответственность члена совета директоров определяется индивидуально. Одно только членство в коллегиальном органе не означает соучастия в причинении вреда — Пленум ВС РФ №42 прямо разграничивает личную ответственность от общей позиции органа. Суд анализирует, как конкретный член голосовал по оспариваемому решению и имел ли он реальные полномочия препятствовать его принятию.

Кто чаще всего становится ответчиком: портрет КДЛ по данным практики

По данным ЕФРСБ и анализу судебной практики арбитражных судов за 2022–2024 годы, более 70% ответчиков по заявлениям о субсидиарной ответственности — единоличные исполнительные органы (генеральные директора, директора). При этом доля дел, где наряду с директором ответчиком выступает учредитель или участник с долей более 50%, за три года выросла с 22% до примерно 34%. Отдельная и быстрорастущая категория — бенефициары, установленные через цепочки владения.

Частая ошибка директора — убеждённость в том, что личная ответственность наступает только за подписанные документы. Статья 61.10 Федерального закона о банкротстве охватывает любую форму фактического влияния: устные указания, переписку в мессенджерах, корпоративные одобрения, через которые директор согласовывал решения с учредителем. Управляющие и ФНС научились восстанавливать эту цепочку через переписку и банковские операции.

По данным Судебного департамента, в 2024 году арбитражные суды рассмотрели по существу около 7 800 обособленных споров о привлечении КДЛ. Среднее число ответчиков на одно дело составило около 1,7 человека — год назад этот показатель был 1,4. Это подтверждает: управляющие последовательно расширяют круг лиц, к которым предъявляют требования.

Типичные сценарии для КДЛ: как статистика работает на практике

Цифры приобретают смысл, когда соотносятся с конкретной ситуацией. Ниже — три типовых сценария, которые отражают большинство дел из базы ЕФРСБ и практики арбитражных судов за 2022–2024 годы.

Сценарий 1. Активный КДЛ: управлял, подписывал, принимал решения. Директор или участник с долей более 50% вёл операционную деятельность, подписывал договоры, распоряжался счетами. Управляющий располагает обширной доказательной базой. Ключевые доказательства против: банковские операции, подписанные первичные документы, корпоративные решения. Вероятный исход: привлечение с вероятностью выше средней — по данным практики, около 72–75% удовлетворяемости при таком профиле. Стратегия: не опровергать статус КДЛ как таковой, а добиваться снижения размера по каждому эпизоду отдельно — с использованием механизма Пленума ВС РФ №42. Потенциал снижения — от 30 до 70% от заявленной суммы при наличии документальной базы.

Сценарий 2. Пассивный КДЛ: формально связан, реального влияния нет. Человек числится участником с долей 25–49% или занимал должность заместителя директора без права подписи. Управляющий включил его в заявление «за компанию». Ключевые доказательства защиты: отсутствие доступа к расчётным счетам, ограниченная должностная инструкция, отсутствие подписей на значимых документах. Вероятный исход: при грамотно поданных возражениях — отказ в привлечении. По статистике, именно эта категория обеспечивает значительную часть 31% отказных дел. Стратегия: комплексное опровержение статуса КДЛ через доказательства реального разграничения полномочий.

Сценарий 3. Исторический КДЛ: утратил статус более трёх лет до банкротства. Директор уволился или учредитель вышел из ООО за три с половиной года до возбуждения дела. Статья 61.10 Федерального закона о банкротстве устанавливает трёхлетний ретроспективный период для определения КДЛ. Ключевой вопрос: была ли совершена убыточная сделка в период контроля, и какова её связь с последующим банкротством. Вероятный исход: при чистом выходе — отказ. При наличии значимых сделок внутри трёхлетнего окна — риск сохраняется. Стратегия: тщательная хронологическая карта событий с привязкой сделок к периоду фактического контроля — и доказательство того, что компания имела шанс восстановиться после выхода заявителя.

Описанные сценарии показывают: универсального ответа на вопрос о риске не существует. Конкретное дело определяется документацией, хронологией, формулировками управляющего и тем, по каким именно эпизодам заявлено требование. Ошибка в выборе стратегии на ранней стадии — например, попытка полностью отрицать контроль при очевидной доказательной базе — сужает пространство для манёвра в апелляции.

Как тренды субсидиарной ответственности изменятся после Пленума ВС РФ №42?

Постановление Пленума ВС РФ от 23.12.2025 №42, внёсшее изменения в Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53, уже влияет на практику судов первой инстанции. Ключевые изменения, которые отразятся на статистике ближайших лет, следующие.

Снижение размера ответственности как самостоятельный инструмент. До Пленума №42 суды, как правило, либо привлекали КДЛ на полный непогашенный реестр, либо отказывали полностью. Теперь суд обязан разграничивать эпизоды: КДЛ вправе доказать, что конкретное нарушение привело к убыткам лишь в определённой части. Это расширяет пространство для урегулирования споров и создаёт стимул для более детального обоснования позиции.

Business Judgment Rule в банкротных делах. Пленум №42 прямо указал: предпринимательский риск, санкционные ограничения, рыночные колебания, недоступность кредитного финансирования сами по себе не образуют вины КДЛ. Управляющий должен доказать именно недобросовестное или неразумное поведение — применительно к конкретному решению, а не к общему кризису компании. Это снизит удовлетворяемость заявлений по общим основаниям при сохранении жёсткой практики по налоговым и документальным эпизодам.

Ответственность коллегиальных органов. Членам советов директоров стало сложнее ссылаться на общую волю органа: суд оценивает позицию каждого участника голосования. Вместе с тем появился явный аргумент для тех, кто голосовал «против» или воздержался: их персональная ответственность за принятое решение существенно снижена.

Мораторные проценты. Включение мораторных процентов в размер субсидиарной ответственности увеличит средний размер требований — особенно по многолетним банкротным делам. По консервативным оценкам, для дел с производством длиной 3–5 лет прирост составит 15–25% к основной сумме реестра.

Суммарный эффект изменений на статистику: вероятно, умеренное снижение доли удовлетворённых заявлений по абсолютным цифрам — при росте среднего размера по тем делам, где привлечение состоялось. Это означает, что значение качественной защиты на ранней стадии только возрастает.

Подробнее о позициях Пленума №42 и инструментах защиты — в разделе аналитика по субсидиарной ответственности.