Обзор практики ВС по Пленум ВС 42

Что изменил Пленум ВС РФ № 42: общая логика поправок

Пленум ВС РФ № 42 от 23.12.2025 изменил Пленум № 53 в шести ключевых направлениях: Business Judgment Rule в банкротстве, снижение размера субсидиарной ответственности по отдельным эпизодам, ответственность членов коллегиальных органов, мораторные проценты в составе требования, участие прокурора в делах о банкротстве и ответственность наследников КДЛ. Это не техническая редакция — речь идёт о системном сдвиге в пользу дифференцированного подхода к оценке вины.

До Пленума № 42 суды нередко применяли субсидиарную ответственность как единый, неделимый механизм: если КДЛ признан таковым и хотя бы одна презумпция подтверждена — на него перекладывается весь непогашенный реестр. Новая редакция вводит принцип соразмерности: каждое нарушение влечёт ответственность лишь в той части, в которой оно причинило ущерб. Для КДЛ это означает переход от стратегии «опровергнуть всё» к стратегии «опровергнуть каждый эпизод по отдельности».

Важен и контекст принятия Пленума. Верховный суд РФ зафиксировал тенденцию к расширению круга привлекаемых лиц и к автоматическому переносу бремени доказывания на ответчика без надлежащей проверки оснований. Пленум № 42 корректирует эту тенденцию, не отменяя базовую логику презумпций статьи 61.11 Федерального закона о банкротстве.

На практике важно учитывать: новые позиции применяются к делам, рассматриваемым после 23.12.2025, — даже если банкротная процедура началась раньше. Это открывает возможности для пересмотра позиции защиты в уже идущих спорах.

Business Judgment Rule в банкротстве: как работает после Пленума № 42?

Business Judgment Rule (стандарт делового суждения) после Пленума ВС РФ № 42 от 23.12.2025 закреплён применительно к банкротным делам как самостоятельный инструмент защиты КДЛ: если решение принималось добросовестно, на основе доступной информации и в рамках допустимого предпринимательского риска, суд не вправе переоценивать его хозяйственную целесообразность. Санкционное давление, резкое изменение рыночной конъюнктуры, разрыв логистических цепочек сами по себе не образуют вины контролирующего лица.

До этого BJR использовался преимущественно в делах по взысканию убытков с директоров по Пленуму ВАС РФ № 62 от 30.07.2013. Суды в банкротных делах применяли его непоследовательно. Пленум № 42 снял эту неопределённость, прямо указав на применимость стандарта в делах о субсидиарной ответственности.

Для защиты по BJR необходимо доказать три элемента. Первый — у КДЛ была разумная деловая цель, когда он принимал спорное решение. Второй — он действовал на основе достаточной информации (заключений менеджеров, аудиторов, юристов). Третий — не было личной заинтересованности или конфликта интересов в сделке или решении. Отсутствие хотя бы одного элемента ослабляет позицию.

Частая ошибка: КДЛ полагает, что BJR автоматически снимает ответственность, если компания работала в кризисных условиях. Это не так. Пленум № 42 требует именно документально подтверждённой добросовестности — протоколы, отчёты, переписка с советниками. Без документов суд оценит решение по общему стандарту, не по BJR.

Неочевидный риск: если КДЛ ссылается на BJR, но одновременно не может предъявить первичную документацию по компании, это трактуется как косвенное подтверждение презумпции статьи 61.11 Федерального закона о банкротстве о непередаче документации.

Снижение размера субсидиарной ответственности: новый механизм Пленума № 42

После Пленума ВС РФ № 42 контролирующее должника лицо вправе доказывать, что конкретное нарушение не стало причиной невозможности погашения конкретной части требований кредиторов — и добиваться снижения размера ответственности по этому эпизоду, не оспаривая привлечение в целом (статья 61.11 Федерального закона о банкротстве). Это принципиально новая тактика: раньше суды рассматривали размер как производное от всей суммы непогашенных требований реестра.

Механизм работает так. КДЛ представляет расчёт: какая доля ущерба кредиторам вызвана конкретной сделкой или решением, а какая — объективными рыночными факторами или действиями третьих лиц. Суд обязан проверить этот расчёт. Если КДЛ доказал, что из 100 млн рублей реестра 40 млн образовались из-за его действий, а 60 млн — по иным причинам, ответственность ограничивается 40 млн рублей.

Многие не знают, что до Пленума № 42 такой аргумент суды воспринимали как попытку уклониться от ответственности и отклоняли без детального анализа. Теперь это прямое процессуальное право КДЛ, и суд обязан мотивировать отказ в снижении.

Мораторные проценты с 23.12.2025 включаются в размер субсидиарной ответственности при расчёте итоговой суммы требования. Это важно учитывать при оценке риска: сумма требования увеличивается по сравнению с тем, что КДЛ мог рассчитать самостоятельно по данным реестра кредиторов. Следует проверять актуальный расчёт управляющего с учётом этой позиции.

Как Пленум № 42 изменил ответственность членов коллегиальных органов?

Пленум ВС РФ № 42 установил, что ответственность члена коллегиального органа управления (совета директоров, правления, наблюдательного совета) определяется индивидуально: одно только членство в органе не означает соучастия в причинении вреда кредиторам. Суд обязан установить, голосовал ли конкретный член органа за оспариваемое решение и мог ли он реально предотвратить ущерб.

До Пленума № 42 на практике встречался подход, при котором все члены совета директоров, присутствовавшие на заседании, получали статус КДЛ и становились соответчиками по одному только факту членства. Новая редакция Пленума № 53 прямо отвергает этот подход.

Позиция «голосовал против» или «воздержался» теперь имеет доказательственное значение. Если член совета директоров зафиксировал особое мнение в протоколе или проголосовал против спорного решения, суд учитывает это при оценке его индивидуальной вины. Независимый директор, не участвовавший в операционном управлении, имеет дополнительные аргументы для опровержения статуса КДЛ.

Ключевое доказательство по этому направлению — протоколы заседаний с поимённым голосованием. Если протоколы отражают консенсусное принятие решений без фиксации позиции каждого члена, защищаться сложнее. Частая ошибка: после введения банкротства члены совета директоров не собирают протоколы и листы голосования заблаговременно, рассчитывая, что управляющий не сможет их найти. Управляющий запрашивает эти документы через суд.

Ответственность наследников КДЛ: что появилось в Пленуме № 42?

Пленум ВС РФ № 42 впервые развёрнуто урегулировал ситуацию, когда контролирующее должника лицо умерло до завершения производства по заявлению о субсидиарной ответственности. Наследники, принявшие наследство, несут ответственность по долгам КДЛ в пределах стоимости перешедшего к ним имущества — по общим правилам гражданского наследования (статья 1175 ГК РФ). Суд определяет размер требования к наследникам пропорционально их наследственным долям.

Для практики это означает: даже смерть КДЛ не прекращает производство по заявлению управляющего автоматически. Суд приостанавливает рассмотрение до вступления наследников в дело, после чего производство возобновляется с ними в качестве процессуальных правопреемников.

Если наследники отказались от наследства — к ним требование предъявить нельзя. Однако управляющий вправе оспорить отказ от наследства как сделку по правилам статьи 61.2 Федерального закона о банкротстве, если отказ был направлен на уклонение от погашения долгов КДЛ перед кредиторами должника. Это новый риск, о котором большинство наследников не осведомлено.

Неочевидный риск для родственников КДЛ: получение имущества в дар от контролирующего лица за три года до банкротства компании может квалифицироваться как подозрительная сделка. Такое имущество управляющий вправе включить в конкурсную массу — независимо от того, являются ли одаряемые наследниками.

Типовые сценарии применения Пленума № 42: кому и как использовать новые позиции

Практический смысл Пленума № 42 раскрывается через конкретные ситуации, в которых новые позиции меняют исход дела. Ниже три сценария, охватывающих наиболее распространённые позиции КДЛ в банкротных спорах.

Сценарий 1. Активный КДЛ: управлял, подписывал, принимал решения. Классический ответчик по статье 61.11 Федерального закона о банкротстве. До Пленума № 42 суд, установив статус КДЛ и хотя бы одну презумпцию, перекладывал на него весь реестр. Теперь КДЛ вправе разбить требование на эпизоды и доказывать по каждому: какая часть ущерба вызвана именно этим решением. Ключевые доказательства: заключения консультантов, протоколы заседаний с обоснованием, переписка с контрагентами. Вероятный исход при подготовленной позиции — снижение размера требования на 30-70% от первоначального. Стратегия: готовить покомпонентное возражение на расчёт управляющего с использованием механизма Пленума № 42.

Сценарий 2. Пассивный КДЛ: формально связан, реального влияния нет. Типичный пример — миноритарный участник или топ-менеджер без права на стратегические решения. Управляющий включает его в заявление на основании корпоративной связи с должником. По Пленуму № 42 суд обязан установить фактическое влияние, а не только формальный признак. Ключевые доказательства: трудовой договор с ограниченным кругом полномочий, устав, разграничивающий компетенцию, отсутствие права подписи платёжных документов, переписка, из которой видно — решения принимались без его участия. Вероятный исход — отказ в признании КДЛ при достаточной доказательной базе. Стратегия: сосредоточиться на опровержении статуса на ранней стадии, не допустить перехода к стадии исследования размера ответственности.

Сценарий 3. Исторический КДЛ: утратил статус более трёх лет до банкротства. Лицо вышло из управления или из состава участников задолго до введения процедуры. Три года — пресекательный срок по статье 61.10 Федерального закона о банкротстве. Если управляющий предъявляет требование к такому лицу, ссылаясь на решения более трёхлетней давности, это основание для возражения на стадии проверки оснований. Ключевые доказательства: выписка ЕГРЮЛ, протоколы о смене руководства или составе участников, трудовая книжка, договор о прекращении полномочий. Вероятный исход — полный отказ в привлечении при чётко задокументированной дате утраты статуса. Стратегия: заявить возражение о пропуске трёхлетнего периода в первом процессуальном документе, не позволяя управляющему переформулировать основания в ходе рассмотрения.

Важно: все три сценария предполагают, что позиция выстраивается с первого судебного заседания. Смена стратегии в апелляции возможна, но осложнена ограничениями на представление новых доказательств в соответствии с Арбитражным процессуальным кодексом РФ.

Чек-лист: что подготовить для защиты по новым позициям Пленума № 42

Мораторные проценты и участие прокурора: дополнительные изменения Пленума № 42

Пленум ВС РФ № 42 от 23.12.2025 включил мораторные проценты в состав размера субсидиарной ответственности как самостоятельный элемент расчёта. Мораторные проценты начисляются на требования кредиторов, включённых в реестр, за период процедуры банкротства по ставке, установленной статьёй 4 Федерального закона о банкротстве. До Пленума № 42 этот вопрос решался судами неодинаково — часть округов включала их в размер, часть — нет.

На практике это означает: итоговое требование к КДЛ выше той суммы реестра, которую видно в ЕФРСБ. При реестре в 200 млн рублей и двухлетней процедуре банкротства прирост за счёт мораторных процентов составит несколько десятков миллионов рублей. Оспаривание расчёта управляющего по этому пункту — самостоятельное направление защиты.

Относительно участия прокурора: Пленум № 42 уточнил процессуальные права прокурора в делах о субсидиарной ответственности. Прокурор вправе вступить в дело, инициированное кредиторами или управляющим, если в деле усматриваются признаки уголовно наказуемых деяний — в первую очередь преднамеренного банкротства по статье 196 УК РФ. Участие прокурора существенно меняет тональность спора и степень судебного контроля. Если в деле появился прокурор, стратегию защиты необходимо пересматривать с учётом параллельного уголовного риска.

Связь с оспариванием сделок: Пленум № 42 подтвердил, что КДЛ, признанный таковым, лишён права самостоятельно оспаривать сделки должника по статьям 61.2-61.3 Федерального закона о банкротстве. Это позиция Обзора Президиума ВС РФ от 25.04.2025, которую Пленум № 42 закрепил на уровне постановления. Попытка КДЛ использовать оспаривание сделок как инструмент защиты через третьих лиц требует отдельного анализа.

Три года исковой давности по субсидиарной ответственности исчисляются с момента, когда кредитор узнал об основаниях требования (статья 61.14 Федерального закона о банкротстве), но не позднее десяти лет с момента нарушения. Суды по-прежнему определяют начало субъективного срока нередко в пользу кредитора: с даты публикации в ЕФРСБ итогового отчёта управляющего или с даты вынесения определения о завершении расчётов с кредиторами. Пропуск срока на подачу возражений сокращает возможности защиты до минимума.

Подробный анализ применения позиций Пленума № 42 в конкретных категориях дел — в материалах аналитики по субсидиарной ответственности. По теме превентивного документирования для BJR смотрите также статью о превентивных мерах и документировании решений. Общий обзор способов защиты КДЛ — на странице услуги по защите от субсидиарной ответственности.