Как использовать позиции ВС по презумпции в ВС РФ для защиты при доказывании добросовестности

Что такое презумпции субсидиарной ответственности и как они работают?

Презумпции субсидиарной ответственности закреплены в пункте 2 статьи 61.11 Федерального закона о банкротстве. Законодатель установил: если доказан факт-основание (например, непередача документации), считается, что именно это действие привело к невозможности погашения долгов. КДЛ обязано опровергнуть эту связь — иначе суд удовлетворяет требование на всю сумму непогашенных требований кредиторов. Пленум ВС РФ №53 в пункте 24 прямо разъяснил: бремя доказывания добросовестности и разумности лежит на контролирующем лице.

Механизм работает в три этапа. Сначала управляющий или кредитор доказывает факт-основание — конкретное действие или бездействие КДЛ. Затем презумпция автоматически связывает это основание с банкротством. После этого КДЛ должно представить доказательства, разрывающие эту связь — либо опровергающие само основание. Если ни то ни другое не доказано, суд констатирует ответственность.

Важно различать три группы оснований. Первая — документальные (непередача или уничтожение бухгалтерской документации). Вторая — сделочные (существенно убыточные сделки). Третья — учётные (искажение финансовой отчётности, сокрытие имущества). Каждая группа требует отдельной стратегии опровержения.

Опровержимая презумпция — это предположение, которое действует до тех пор, пока противная сторона не представит достаточные доказательства обратного. В отличие от неопровержимой, она допускает защиту — но только активную.

По данным Судебного департамента при Верховном суде РФ, в 2024 году суды удовлетворили около 40% заявлений о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности. Это означает, что в 60% дел КДЛ либо не было привлечено вообще, либо размер требования был снижен. Успешное опровержение презумпции — основная причина отказа в 2024 году.

Какие именно презумпции закреплены в статье 61.11 ФЗ о банкротстве?

Статья 61.11 Федерального закона о банкротстве закрепляет пять самостоятельных оснований для презумпции, каждое из которых образует отдельный факт-триггер. Пленум ВС РФ №53 в пункте 24 уточнил: управляющему достаточно доказать наличие одного из них — и презумпция начинает работать. Перечислим каждое основание с опорой на текст закона.

Основание 1. Непередача или уничтожение документации должника. Управляющий не получил бухгалтерскую отчётность, первичные документы или сведения об активах. Презумпция: именно это не позволило сформировать конкурсную массу. Ключевой контраргумент КДЛ: документы существуют, были переданы (акт приёма-передачи), либо их отсутствие не связано с виновными действиями руководителя (стихийное бедствие, противоправные действия третьих лиц).

Основание 2. Совершение существенно убыточных сделок. Сделки, заключённые или одобренные КДЛ, причинили должнику существенный вред. Понятие «существенность» раскрыто в пункте 23 Пленума ВС РФ №53: сделки, составляющие более 20-25% активов должника, признаются существенными. Ключевой контраргумент: сделка была экономически обоснована на момент заключения, убыток возник из-за последующих рыночных изменений, а не недобросовестности КДЛ (Business Judgment Rule).

Основание 3. Искажение или непредставление бухгалтерской отчётности. Отчётность не отражала реального финансового состояния должника на протяжении более двух лет. Ключевой контраргумент: КДЛ не является главным бухгалтером, не подписывало отчётность и не осуществляло контроль над её составлением, либо искажения вызваны объективными ошибками учёта, а не умыслом.

Основание 4. Сокрытие или уничтожение имущества должника. Имущество было выведено или скрыто, что не позволило удовлетворить требования. Ключевой контраргумент: сделка по отчуждению имущества была рыночной, прошла по реальной цене, либо КДЛ не являлось стороной или инициатором отчуждения.

Основание 5. Нахождение должника под контролем лица, требующего привлечения к ответственности. Это частное основание — для случаев, когда само лицо, подавшее заявление, контролировало должника. На практике встречается в корпоративных конфликтах. Ключевой контраргумент: отсутствие юридического или фактического контроля, разграничение полномочий.

После принятия Пленума ВС РФ №42 от 23.12.2025 появился принципиально новый инструмент защиты: КДЛ вправе доказывать, что конкретное нарушение не стало причиной невозможности погашения требований. Раньше опровергнуть можно было только само основание. Теперь — ещё и причинную связь применительно к размеру. Это позволяет снизить требование, а не только оспорить привлечение целиком.

Как Пленум ВС РФ №53 определяет стандарт доказывания добросовестности КДЛ?

Пунктом 24 Постановления Пленума ВС РФ №53 закреплён стандарт доказывания, который суды применяют при оценке возражений КДЛ: лицо должно представить доказательства, подтверждающие добросовестность и разумность своих действий. Одного отрицания факта недостаточно — нужна конкретная доказательная база. Этот стандарт жёстче общегражданского «обоснованных сомнений».

Верховный суд РФ разграничил два уровня доказывания в зависимости от вида презумпции.

Первый уровень — опровержение факта-основания. КДЛ доказывает, что самого основания нет: документы были переданы (акт), сделки не были убыточными (независимая оценка на дату заключения), отчётность составлялась достоверно (заключения аудиторов). Если факт-основание опровергнут — презумпция не возникает вовсе.

Второй уровень — опровержение причинной связи. Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 ввёл этот уровень явно: даже если основание установлено, КДЛ вправе доказать, что именно это нарушение не привело к невозможности погашения требований. Например: документы не переданы по причине кражи, но активов должника было достаточно для покрытия реестра — значит, непередача не повлекла вред. В таком случае суд исключает соответствующую часть из размера требования.

Третий уровень — Business Judgment Rule (BJR). Постановление Пленума ВАС РФ №62 от 30.07.2013 закрепило принцип: директор не несёт ответственности за убыточные решения, если они принимались добросовестно, в интересах компании и в условиях обычного предпринимательского риска. Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 распространил BJR на банкротные дела. Санкционное давление, падение рынка, действия контрагентов сами по себе не образуют вины КДЛ.

На практике оптимальная позиция защиты сочетает все три уровня: сначала атакуем сам факт-основание, затем оспариваем причинную связь применительно к размеру, затем апеллируем к BJR как к стандарту добросовестности управленческого решения.

Какие доказательства опровергают презумпцию непередачи документов?

Презумпция по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона о банкротстве — самая распространённая в практике: управляющий не получил документацию и автоматически возлагает ответственность на последнего руководителя. Пленум ВС РФ №53 в пункте 24 уточняет: суд должен выяснить не только факт непередачи, но и наличие связи между этим фактом и невозможностью формирования конкурсной массы. Без этой связи презумпция не работает.

Доказательства для опровержения делятся на три группы:

• Документы, подтверждающие передачу: акты приёма-передачи документации управляющему или временному администратору, описи переданных дел, почтовые квитанции, уведомления о вручении.
• Доказательства объективной причины отсутствия документов: материалы проверок МВД по факту хищения документов, акты о пожаре или затоплении с отметкой МЧС, ранее поданные заявления о преступлении.
• Доказательства отсутствия причинной связи: финансовый анализ, показывающий, что активов должника было достаточно для погашения реестра вне зависимости от состояния документации; позиция оценщика об известных активах и их реализуемости.

Неочевидный риск: если КДЛ передало документы, но акт не составлялся — в споре это равнозначно непередаче. Суды оценивают письменные доказательства, а не устные пояснения. Аналогично — если документы переданы частично, управляющий заявит о неполной передаче и попытается применить презумпцию к той части, которой не хватает для розыска активов.

Частая ошибка директора: направить документы курьером без описи вложения. При споре суд не признаёт такую передачу надлежащей.

Смотрите также: Процессуальные аспекты субсидиарки: доказательная база — подробно о сборе доказательств на ранней стадии.

Как работает опровержение причинной связи по позиции Пленума №42 от 23.12.2025?

После принятия Постановления Пленума ВС РФ №42 от 23.12.2025 (изменения в Пленум ВС РФ №53) у КДЛ появился самостоятельный инструмент снижения размера ответственности: доказать, что конкретное нарушение не стало причиной невозможности погашения требований кредиторов. Этот инструмент существует отдельно от опровержения самого факта-основания — то есть применяется, когда основание доказано, но связь с вредом можно разорвать.

Механизм снижения работает следующим образом. КДЛ признаёт факт нарушения (например, убыточную сделку), но представляет расчёт: даже без этой сделки кредиторская задолженность не была бы погашена в большей части. Суд исключает из размера ответственности ту сумму, которая не обусловлена конкретным нарушением. Результат — частичная ответственность вместо солидарной на всю сумму реестра.

Три условия применения инструмента:

• КДЛ активно участвует в процессе — пассивная позиция исключает снижение: суд не обязан устанавливать отсутствие причинной связи за ответчика.
• Представлены конкретные расчёты — финансовый анализ с разбивкой по периодам, заключение эксперта или аудитора.
• Позиция последовательна — нельзя сначала отрицать само нарушение, а затем признать его и просить снижения; суды расценивают такое поведение как злоупотребление.

Пленум ВС РФ №42 также закрепил: мораторные проценты включаются в размер субсидиарной ответственности с даты введения моратория. Это важно при оценке реального размера требования — сумма в заявлении может быть ниже итоговой, и это следует учитывать при выработке стратегии.

Смотрите также: Как избежать субсидиарки: BJR и документирование решений — практические инструменты превентивной защиты.

Типовые ситуации: как выбрать стратегию опровержения презумпции

Выбор стратегии зависит от того, каким именно является положение КДЛ в деле. Ниже — три типовые ситуации с разбором оснований, ключевых доказательств и вероятного исхода.

Ситуация 1. Активный КДЛ: управлял, подписывал, принимал решения.
Ситуация: директор или участник реально руководил компанией, подписывал договоры и распоряжался счетами. Управляющий ссылается на убыточные сделки и непередачу документов.
Ключевые доказательства: экономическое обоснование каждой оспариваемой сделки на дату её заключения; независимая оценка; корпоративные протоколы, фиксирующие обсуждение и одобрение решений; акты передачи документов.
Вероятный исход: при наличии полной доказательной базы — отказ в привлечении или существенное снижение размера через механизм Пленума №42.
Стратегия: приоритет — опровержение факта-основания по каждому пункту; параллельно — расчёт отсутствия причинной связи по сделкам, которые оспорить сложнее. Нормы: статья 61.11, пункт 2; Пленум ВС РФ №53, пункты 23-24.

Ситуация 2. Пассивный КДЛ: формально связан, реального влияния нет.
Ситуация: участник с долей до 50% или наёмный директор, которому передавали указания бенефициар или мажоритарный участник. Управляющий ссылается на статус КДЛ через должность или долю.
Ключевые доказательства: должностная инструкция с ограниченным перечнем полномочий; переписка, демонстрирующая получение указаний от другого лица; решения органов управления, принятые без участия ответчика; счета и документы, подписанные иными лицами.
Вероятный исход: при доказанности формальности связи — полный отказ в признании КДЛ по статье 61.10 Федерального закона о банкротстве.
Стратегия: приоритет — опровержение самого статуса КДЛ до перехода к анализу оснований по статье 61.11. Нормы: статья 61.10, пункт 5; Пленум ВС РФ №53, пункт 6.

Ситуация 3. Исторический КДЛ: утратил статус более трёх лет до банкротства.
Ситуация: бывший руководитель или участник, который прекратил полномочия задолго до возбуждения дела. Управляющий включает его в перечень КДЛ, ссылаясь на сделки, совершённые в период полномочий.
Ключевые доказательства: дата прекращения полномочий (решение о прекращении трудового договора, протокол о смене директора, ЕГРЮЛ); доказательства того, что оспариваемые действия совершены более трёх лет до принятия заявления о банкротстве; отсутствие влияния после прекращения полномочий.
Вероятный исход: при выходе за трёхлетний период — полный отказ, поскольку трёхлетний период контроля исчисляется до даты принятия заявления о банкротстве (статья 61.10, часть 1).
Стратегия: хронологический анализ: точно установить дату прекращения статуса КДЛ и сравнить с датой принятия заявления о банкротстве арбитражным судом. Нормы: статья 61.10, часть 1; статья 61.14.

После выбора ситуации — следующий шаг: определить перечень конкретных доказательств и сформировать письменные возражения до первого заседания. Это исключить риск пропуска срока апелляционного обжалования, который составляет 10 дней с даты вынесения определения суда.

Ключевые термины справочника

Ниже — системное изложение понятийного аппарата, необходимого для работы с позициями Верховного суда РФ по презумпциям субсидиарной ответственности. Каждый термин раскрывается через норму и её практическое значение для КДЛ.

Контролирующее должника лицо (КДЛ) — физическое или юридическое лицо, которое в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве имело право давать обязательные указания должнику или иным образом определять его действия (статья 61.10 Федерального закона о банкротстве). Практическое значение: статус КДЛ — необходимое условие для применения любой из презумпций статьи 61.11. Без установления статуса суд не переходит к анализу оснований.

Субсидиарная ответственность — личная имущественная ответственность КДЛ по долгам компании-банкрота. Размер определяется как разница между суммой требований кредиторов в реестре и суммой, погашенной в ходе конкурсного производства (статья 61.11, пункт 11 Федерального закона о банкротстве). Важно: с учётом позиции Пленума ВС РФ №42 от 23.12.2025 в размер включаются мораторные проценты.

Бремя доказывания — обязанность стороны доказать обстоятельства, на которые она ссылается. По умолчанию в российском гражданском процессе каждая сторона доказывает свои утверждения (статья 65 АПК РФ). При наличии презумпции субсидиарной ответственности бремя доказывания добросовестности переносится на КДЛ: оно должно опровергнуть вину, а не управляющий — её доказывать.

Причинная связь в субсидиарной ответственности — связь между действиями (бездействием) КДЛ и невозможностью полного погашения требований кредиторов. После Пленума ВС РФ №42 от 23.12.2025: кандидат на снижение размера, а не только на полный отказ.

Business Judgment Rule (BJR) — принцип, при котором суд не оценивает целесообразность управленческого решения, если оно принималось добросовестно, в интересах компании и в условиях обычного предпринимательского риска. Закреплён в Постановлении Пленума ВАС РФ №62 от 30.07.2013 (пункт 1) и применён к банкротным делам Пленумом ВС РФ №42 от 23.12.2025.

Объективное банкротство — момент, когда должник стал неспособен в полном объёме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения обязательств над активами. Пленум ВС РФ №53 в пункте 4 указывает: именно с этого момента исчисляется обязанность руководителя подать заявление о банкротстве по статье 61.12 Федерального закона о банкротстве.

Солидарная ответственность КДЛ — ответственность нескольких КДЛ перед кредиторами, при которой каждое из них обязано погасить всю сумму реестра (статья 61.11, пункт 8 Федерального закона о банкротстве). Практическое значение: кредитор вправе предъявить требование к любому из КДЛ в полном объёме. Это повышает ставку для каждого ответчика — даже если вина одного из КДЛ меньше остальных.

Для углублённого изучения темы — аналитика по субсидиарной ответственности на сайте КДЛ-Субсидиарка.