Аналитика рынка субсидиарки: тренды 2025–2026 в части субсидиарки без банкротства

Что изменил Пленум ВС РФ №42 от 23.12.2025 для субсидиарки без банкротства?

Постановление Пленума ВС РФ от 23.12.2025 №42 внесло изменения в Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 — главный нормативный ориентир по субсидиарной ответственности КДЛ. Для требований, предъявляемых вне активной банкротной процедуры, Пленум №42 установил три ключевых новшества: механизм снижения размера через разрыв причинно-следственной связи, прямое закрепление Business Judgment Rule и включение мораторных процентов в расчёт суммы долга.

Механизм снижения размера теперь работает иначе. До Пленума №42 КДЛ мог либо добиться полного отказа в привлечении, либо нести ответственность на всю сумму непогашенных требований. Новая редакция Пленума №53 допускает промежуточный результат: если КДЛ докажет, что конкретное нарушение причинило вред лишь части кредиторской задолженности, суд снижает размер ответственности до этой части. Это принципиально меняет стратегию защиты — теперь выгодно не только оспаривать статус КДЛ, но и дифференцировать нарушения.

Business Judgment Rule в банкротных делах Пленум №42 закрепил явно: предпринимательский риск, санкционное давление и рыночные колебания сами по себе не образуют вины КДЛ. Суд должен установить именно недобросовестное поведение — то есть принятие решений, которые разумный руководитель в аналогичных обстоятельствах не принял бы. Аналогичное правило применялось в рамках Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62, однако теперь оно прямо распространено и на субсидиарные споры.

Мораторные проценты с декабря 2025 года включаются в расчёт размера субсидиарной ответственности. Раньше вопрос решался непоследовательно на уровне округов. Теперь КДЛ, оценивая риск, обязан учитывать не только основной долг и реестровые требования, но и проценты, начисленные за период банкротства. Для крупных дел это может увеличить сумму на десятки миллионов рублей.

Неочевидный риск для членов коллегиальных органов: Пленум №42 прямо указал, что ответственность члена совета директоров определяется индивидуально. Само по себе членство в коллегиальном органе не означает соучастия в причинении вреда. Однако если член СД голосовал за нарушающее решение или не предпринял разумных мер для его предотвращения — его личная ответственность оценивается отдельно.

Как растёт практика внебанкротного привлечения КДЛ?

Внебанкротное привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности стало самостоятельным инструментом кредиторов после того, как Обзор судебной практики Президиума ВС РФ, утверждённый 25.04.2025, закрепил ряд позиций, устраняющих прежние процессуальные барьеры. Статья 61.19 Федерального закона о банкротстве предоставляет кредитору право предъявить иск к КДЛ после завершения конкурсного производства или прекращения дела — без повторного возбуждения банкротства.

По данным ЕФРСБ, доля сообщений о внебанкротных требованиях к КДЛ за 2024–2025 годы выросла на треть относительно 2022–2023 годов. Кредиторы активнее используют этот канал в ситуациях, когда конкурсная масса была исчерпана, а управляющий не предъявил требования к КДЛ самостоятельно или уступил право требования. Уступка права на субсидиарную ответственность (статья 61.17 Федерального закона о банкротстве) превратилась в реальный инструмент: специализированные структуры выкупают требования у кредиторов и самостоятельно инициируют споры.

Частая ошибка КДЛ в этой ситуации — убеждённость в том, что закрытие банкротного дела означает прекращение рисков. Срок исковой давности по статье 61.14 Федерального закона о банкротстве составляет три года с момента, когда кредитор узнал об основаниях требования, и до десяти лет с момента нарушения. Практика показывает: суды нередко исчисляют субъективный трёхлетний срок с момента, когда кредитор получил документацию должника — то есть уже после завершения конкурсного производства.

Для директоров и учредителей это означает конкретное: банкротство компании завершилось три года назад, требований не было — и вдруг поступает исковое заявление. Такой сценарий перестал быть редкостью именно в 2025–2026 годах. Обзор Президиума ВС РФ от 25.04.2025 закрепил запрет КДЛ оспаривать сделки должника в собственных интересах, одновременно укрепив инструментарий кредиторов.

Расширение круга КДЛ: кто под угрозой в 2025–2026 годах?

Контролирующим должника лицом признаётся человек, который в течение трёх лет до возбуждения дела о банкротстве мог давать обязательные указания или иным образом определять действия компании (статья 61.10 Федерального закона о банкротстве). В 2025–2026 годах арбитражные суды расширяют применение этой нормы — под неё попадают лица, которые раньше считались безопасно дистанцированными от управления.

Главные бухгалтеры стали целью номер один среди «нетипичных» КДЛ. Управляющие всё активнее ссылаются на пункт 3 статьи 61.10 Федерального закона о банкротстве: право подписи платёжных поручений, доступ к расчётным счетам и составление отчётности признаются достаточными признаками фактического контроля. Даже при отсутствии корпоративных полномочий суды в ряде округов поддерживают такие доводы — особенно если главбух подписывал первичные документы по сомнительным сделкам.

Выгодоприобретатели по сделкам — ещё одна расширяющаяся категория. Подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Федерального закона о банкротстве устанавливает презумпцию статуса КДЛ для лица, которое извлекало существенную выгоду из незаконной или недобросовестной деятельности должника. Если в результате сделок конкретное физическое лицо получило активы или денежные средства за счёт кредиторов — это достаточное основание для постановки вопроса о его статусе КДЛ.

Бывшие руководители в зоне риска, даже если вышли из компании задолго до банкротства. Трёхлетний период ретроспективного анализа означает: уволившийся директор, сделки которого оспариваются, может оказаться ответчиком наравне с действующим. Именно здесь Пленум №42 создаёт новую защитную линию: конкретное нарушение должно быть причинно связано с невозможностью погашения требований — и КДЛ вправе это оспаривать.

Три года — ключевой период. Это и срок, в течение которого сделки могут быть оспорены по статье 61.2 Федерального закона о банкротстве, и период ретроспективного анализа для установления статуса КДЛ. Управляющие систематически проверяют всех лиц, принимавших решения или получавших выгоду в этом окне.

Ужесточение и смягчение: двойная логика рынка субсидиарки в 2025–2026 годах

Рынок субсидиарки в 2025–2026 годах развивается по двойной логике: требования подаются чаще и на большие суммы, однако инструментарий защиты одновременно расширяется. Понимание этой двойственности — ключ к правильной оценке собственного положения.

Тренды ужесточения:

• Расширение круга КДЛ за счёт главных бухгалтеров, выгодоприобретателей и номинальных участников корпоративных цепочек.
• Включение мораторных процентов в размер ответственности — сумма требования автоматически растёт.
• Уступка права на субсидиарную ответственность специализированным структурам: кредитор получает деньги сейчас, профессиональный взыскатель — мотивацию довести дело до конца.
• Прокурор как участник банкротного дела: Пленум №42 обозначил правила его участия, что расширяет круг лиц, способных инициировать требования к КДЛ.
• Ответственность наследников КДЛ: Пленум №42 урегулировал вопрос перехода обязательства по субсидиарной ответственности — кредитор вправе предъявить требование к наследникам умершего КДЛ в пределах наследственной массы.

Тренды смягчения:

• Механизм снижения размера через опровержение причинно-следственной связи — теперь прямо закреплён Пленумом №42.
• Business Judgment Rule как явно признанная защитная конструкция: добросовестный предпринимательский риск не равен вине.
• Индивидуализация ответственности членов коллегиальных органов: один факт членства в совете директоров не делает лицо солидарным должником.
• Снижение риска для номинальных директоров при раскрытии реального бенефициара: суд может уменьшить ответственность номинала, если тот содействует установлению фактического КДЛ.

Многие не знают, что после Пленума №42 стратегия «опровергнуть КДЛ» и стратегия «снизить размер» стали равнозначными процессуальными инструментами. Прежде защитники концентрировались исключительно на первом варианте. Теперь даже при признании КДЛ результативной остаётся работа по разграничению нарушений и уменьшению суммы требования.

Типовые сценарии привлечения КДЛ в 2025–2026 годах

Матрица ниже отражает три наиболее распространённые ситуации, с которыми сталкиваются контролирующие должника лица в текущем цикле. Каждый сценарий описывает конкретный тип участника, ключевые доказательства в споре, вероятный исход и стратегию.

Сценарий 1. Активный КДЛ: управлял, подписывал, принимал решения

Ситуация: директор или мажоритарный участник ООО, который руководил компанией в трёхлетнем периоде до банкротства, подписывал договоры, имел право первой подписи. Ключевые доказательства против него: решения участников, банковские документы с подписью, договоры с аффилированными контрагентами. Вероятный исход без защиты — привлечение на полный размер требований с учётом мораторных процентов. Стратегия: Business Judgment Rule плюс механизм снижения размера через дифференциацию нарушений. Статья 61.11 Федерального закона о банкротстве — основная норма; размер требования в типовом деле среднего бизнеса — от 50 до 500 млн рублей.

Сценарий 2. Пассивный КДЛ: формально связан, реального влияния нет

Ситуация: участник с долей 30–40%, не участвовавший в оперативном управлении; главный бухгалтер с правом подписи, но без реального контроля над хозяйственными решениями. Управляющий предъявляет требование, ссылаясь на формальные признаки статьи 61.10 Федерального закона о банкротстве. Ключевые доказательства защиты: должностная инструкция с ограниченными полномочиями, отсутствие доступа к сведениям о сделках, переписка, подтверждающая роль исполнителя. Вероятный исход при правильно выстроенной защите — отказ в привлечении или снижение размера до доли реально причинённого вреда.

Сценарий 3. Исторический КДЛ: утратил статус, но попал в трёхлетний период

Ситуация: руководитель, уволившийся или вышедший из состава участников за 1–2 года до банкротства. Банкротное дело возбуждено в 2025 году, а трёхлетний ретроспективный период захватывает время его работы. Управляющий оспаривает сделки этого периода и предъявляет требование к бывшему КДЛ по статье 61.11 Федерального закона о банкротстве. Стратегия: доказать, что именно нарушения периода после увольнения (а не действия этого лица) стали основной причиной невозможности погашения требований. Срок субъективной давности по статье 61.14 здесь особенно важен — суд должен установить момент осведомлённости кредитора.

После анализа своего сценария важно определить, достаточно ли имеющейся документации для защиты. Ниже — базовый перечень того, что нужно подготовить.

Прогноз: куда движется практика субсидиарки в 2026 году?

Практика субсидиарной ответственности в 2026 году формируется под влиянием трёх факторов: изменённой редакции Пленума №53, последовательного роста числа внебанкротных требований и активизации ФНС как системного кредитора. Каждый из этих факторов задаёт конкретные риски для КДЛ.

ФНС остаётся крупнейшим инициатором банкротств. По данным ЕФРСБ, налоговая задолженность составляет более 50% реестра требований кредиторов примерно в каждом третьем корпоративном банкротстве. При превышении этого порога Пленум №53 устанавливает презумпцию вины КДЛ — а значит, бремя доказывания переходит на ответчика. В 2025–2026 годах ФНС активно использует механизм уступки права требования по статье 61.17 Федерального закона о банкротстве для монетизации требований в завершённых делах.

Субординация требований аффилированных кредиторов — смежный тренд, закреплённый Постановлением Пленума ВС РФ от 23.12.2025 №41. Компенсационное финансирование от КДЛ или связанных структур понижается в очерёдности. Это означает: займы учредителей и кредиты аффилированных компаний не спасают от субсидиарки и одновременно не дают приоритета при распределении конкурсной массы.

Важно учитывать возражение, которое часто звучит от руководителей: «тренды — это теория, в реальной практике всё иначе». Это справедливо в части прогнозов, но не в части уже состоявшихся изменений. Пленум №42 — не декларация о намерениях, это действующий акт Верховного суда, которым руководствуются арбитражные суды всех округов прямо сейчас. Ошибка в оценке применимых норм на стадии формирования позиции — одна из самых дорогостоящих в субсидиарных спорах.

Актуальная аналитика по субсидиарной ответственности на сайте КДЛ-Субсидиарка охватывает динамику рынка, позиции ВС РФ и практику арбитражных судов округов — с обновлением по мере выхода новых разъяснений.

Смежные материалы по теме: подробный анализ изменений в Пленум ВС РФ №53 после Пленума №42, разбор практики СКЭС ВС РФ в банкротных делах и сравнительный анализ данных ЕФРСБ по субсидиарке.